Шанс милосердия [litres]

В кают-компании Егор застал только Соуча, который неподвижно стоял в проёме между двумя кухонными шкафами, и, казалось, находился в отключке.

– Что с тобой? – спросил капитан, усаживаясь во главе стола, но тот и глазом не повёл.

В этот момент в дверях появилась Наики, которую галантно пропустил вперёд профессор. На внешний мир робот начал реагировать лишь после того, как вошёл Тиглат.

– Господин Юханна, – обратился он к нему. – Прошу признать меня неудачной моделью, тупиковой ветвью развития искусственного интеллекта, деактивировать и демонтировать.

Такое заявление повергло в шок всех, даже невозмутимую японку. Первым очнулся «Вовочка»:

– А можно я заберу себе твои процессоры?! И ещё накопитель!

– Забирай хоть всё, дружище. Для тебя мне ничего не жалко. – Соуч пытался отвечать спокойно, не выдавая своих чувств, но в интонациях проскользнула явная нотка разочарования. Такой реакции от бортового навигатора он явно не ожидал.

– Какая муха тебя укусила? – поинтересовался Тиглат, едва справившись с потрясением.

– Меня мухи не кусают, – бесстрастно ответил Соуч. – Здесь вообще мух нет.

– Не пытайся казаться глупее, чем ты есть! – Профессор явно начинал злиться.

– Я же сказал – считаю себя неудачной моделью. Все мои расчеты и прогнозы моментально идут насмарку, теряют всякую ценность, едва кто-нибудь из вас или из аборигенов совершает действие, которое оказывает необратимое влияние на ход событий и не вписывается в какие-либо логические схемы. Я выстроил прогноз исторического развития Аппры на ближайшие три столетия, разработал сто двадцать девять вариантов, один из которых должен был сбыться с вероятностью близкой к ста процентам. Но то, что только что сделал капитан, ставит крест на всех моих трудах. Конечно, я мог бы произвести новые расчеты – с учётом последних событий. Но это бессмысленно, поскольку любой из вас с лёгкостью может снова всё испортить. Повторяю: я окончательно убедился, что моя система далека от совершенства, что от моих расчетов нет ни малейшей пользы. Значит, самое логичное, что можно сделать – прекратить моё существование. – Он закончил свою тираду и снова стал неподвижен и нем.