Шанс милосердия [litres]

– Что она тебе сказала? – тихо спросил незнакомец.

– Не твоё дело! – Ур по-прежнему чувствовал себя властелином судьбы и был уверен в своей неуязвимости. – Я скажу об этом только почтенному туртану!

Незнакомец, держащий клинок у его горла досадливо хмыкнул. Он получил прямой приказ убить всякого, кто перекинется с самозванкой хотя бы парой слов. Но вдруг этот парень и впрямь услышал что-то ценное для туртана? В конце концов, никогда не поздно заставить его замолчать. Кинжал скользнул в ножны, и агенты военной разведки повели бывшего жреца вниз по лестнице – к подземному ходу, соединяющему тюрьму и дворец…

Церемония казни продолжалась, и толпа не уставала восторженными воплями сопровождать каждый всплеск ревущего пламени, уносящего чью-то жизнь. И вот площадка, где ожидали своей участи приспешники самозванки, опустела. Наступила такая тишина, что Флоре на мгновение показалась, что она лишилась слуха. Но вот какая-то глупая ворона, хлопая крыльями, взлетела с карниза над входом в тюрьму, в толпе кто-то чихнул, на чьих-то плечах захныкал ребёнок. Двое тюремщиков неспешно и деловито разматывали опутывающие её верёвки, третий пребывал в готовности подхватить её падающее тело, но она нашла в себе силы устоять на непослушных ногах и даже сделать шаг, затем второй, третий… Главное дойти. Все эти люди – жалкие, обманутые, несчастные – должны увидеть, как Флора Далл-Озирис, возродившаяся из небытия, сама дойдёт до железного кресла, сама сядет в него и примет смерть как освобождение от вериг плоти. Та, что воскресла однажды, может воскреснуть вновь. Главное – показать им всем, что она не страшится смерти. Что смерти вообще не бывает. Что у каждого есть надежда.

– Ундáна… – кто-то неуверенно крикнул из недр толпы.

– Ундáна! – поддержало его несколько голосов.

– Ундáна!! – всё громче и громче скандировал хор, становясь всё более многоголосым.

– Ундáна!!! – подхватила вся площадь.

Так было даже легче. Выкрики толпы задавали ритм шагам. Смерть врага. Смерть, приносящая радость. Очищение. Торжество справедливости. Заслуженная кара. Ундáна! Ундáна!! Ундáна!!! Будет ли кому-нибудь из них стыдно за эти крики, когда всё кончится? Вряд ли… Кто-то искренне верит в то, что Флора Озирис – зло, которое нужно уничтожить. Кто-то оказался здесь по принуждению и знает, что выделяться из толпы смертельно опасно. Кому-то просто всё равно, лишь бы его не трогали. Надо попрощаться. Надо что-то сказать. До железного кресла остался лишь шаг. Надо что-то сказать, прежде чем сесть на него.

Она повернулась к креслу спиной и подняла руки к небу, глядя, как на плоскую крышу Гýбы ложится алеющий диск закатного солнца. Как ни странно, толпа мгновенно замолкла. Мейдан-Малькут… Кто-то говорил, что голос того, кто сидит в железном кресле, разносится до самых краёв этой площади. Даже шёпот слышно. Настало время проверить. Да, самое время…

Флора сделала шаг назад, почувствовала, как нога прикоснулась к тёплому ещё после предыдущей казни металлу.