За волной океана
- Автор: Золототрубов Александр Михайлович
- Год: 1987
- Язык: русский
- Год: «Современник»
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «За волной океана». Краткое содержание книги:
Книга построена на остром, занимательном сюжете.
— Перестань! — грубо оборвал ее отец. — Покрасов для меня не Игорь, как выразилась ты, а Игорь Борисович. И потом, ты же сама сказала, что у каждого своя судьба? У меня судьба тоже своя. Чему я могу завидовать? В его годы я был командиром боевой части, а он уже старпом. Ну и что? Тут, Варя, каждому свое. Я воевал, и думать о чинах мне было некогда. Словом, Покрасов тебе не пара.
— А это, извини, мое дело, — озорно блеснув глазами, возразила Варя.
Они долго молчали. Варя стояла у окна и задумчиво смотрела на море, над водой курился туман, чайки грустно кричали, пролетая над кораблями и судами. Ей было больно, что отец не понимает ее, но сказать ему об этом она не могла — пусть думает, что ее вовсе не волнуют его упреки и советы. Наконец она не выдержала молчания, сказала:
— Мы условились с Игорем, что после института я приеду на Север работать. Но прежде съездим к матери и заберем его дочь.
В душе отца похолодело.
— Значит, ты решила...
Варя не дала ему договорить.
— Да, папа, — сердито и даже зло молвила она. — Я твердо решила выйти за Игоря замуж. И пожалуйста, не пытайся отговорить меня. Я еще не знаю, как у нас сложится жизнь, но я люблю его. Тебе, видно, этого не понять. — И Варя, тихо прикрыв за собой дверь его кабинета, вышла в свою комнату.
Теперь Гаврилов был уверен, что Покрасов своего шанса не упустит. И все же не все еще потеряно, подумал он. Надо, чтобы жена поговорила с Варей.
Сергей Васильевич стоял у окна, пока не услышал всхлипывание жены. Обернулся. Лена сидела на краю дивана и, уронив голову на валик, тихо плакала. Он подумал о том, что ему надо уйти, оставить ее одну, тогда она успокоится. Он решительно встал. Лена подняла голову.
— На корабль? — тихо спросила она.
Он молча кивнул и стал надевать шинель. У порога остановился.
— Я поговорю с Покрасовым, — пообещал он. — Только не надо слез... — И, хлопнув дверью, вышел.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
— Ну, докладывайте, товарищ капитан Юрий Воронов, кажется, вас по батюшке Кузьмич? — в голосе генерала чувствуется ирония, но добродушие, которым дышало его лицо, было не скрыть. И от того, что начальник так запросто с ним беседует, даже шутит, капитану стало веселее. Он доволен и тем, что сделал, и не сомневается в том, что все остальное, которое ему надлежит сделать, получит самую высокую оценку генерала. И если генерал улыбается, даже шутит, значит, и он доволен следователем.
— Я начну с того, как он меня встретил, этот Фриц Герман, — Воронов собрался уже было рассказывать, но генерал прервал его:
— Как он вас встретил — потом, а сейчас говорите, что вам удалось выяснить. — В голосе Сергеева прозвучала суровость, и капитан понял, что надо прежде доложить суть дела, а уж потом переходить к эмоциям. — Что, Фриц Герман снова воды в рот набрал?
— На этот раз он не молчал.
Генерал насторожился:
— Да? Это уже что-то новое. И что же он вам поведал? Сказал, кому притащил целый мешок шпионских принадлежностей?
— Нет. Мне удалось заставить его говорить совершенно о другом.
— О чем же?
— У него жена знаете кто? Внучка одного из бывших абверовских генералов.
— Интересно, кто же этот генерал?
— Генерал Гюмель.
— Слышал о таком, — качнул головой Сергеев. — В свое время, если память не подводит, Гюмель был на службе у Канариса. Это он, Гюмель, вместе с начальником второго отдела абвера генералом Лахузеном организовал специальную группу «А», которая занималась подготовкой диверсий и в целом работой по разложению советского тыла. Хотя многие немецко-фашистские шпионы и диверсанты были схвачены и обезврежены, часть из них проникла на советскую территорию. Я это хорошо помню, потому что сам принимал участие в операциях. Так что если Фриц Герман откормыш Генриха Гюмеля, нам его не «раскусить», скорее он попытается бежать или покончить с собой.
— Пока молчит... — На слове «пока» Воронов сделал ударение.
Свою профессию следователя Воронов любил. В двадцать два года он стал лейтенантом и вел свой первый допрос нарушителя границы, а в двадцать семь лет Воронов был ранен. (Он участвовал в одной операции по задержанию агента иностранной разведки, было это ночью в море, и во время перестрелки пуля угодила в плечо. И все же у него хватило сил задержать врага, пока не подоспели наши товарищи.) И хотя с виду Воронов щуплый, сила в нем была, и слабостью характера он не страдал. Правда, поначалу у него бывали срывы, но генерал не распекал его, как мальчишку, а стремился повести дело так, чтобы Воронов сам увидел свой промах, сумел бы его исправить. «Вы не просто следователь, а инженер человеческой души, и каждое сердце, даже если оно чужое, должно вам открыться», — как-то сказал ему Сергеев. Воронов робко улыбнулся и, глядя на генерала, ответил: «Я больше полагаюсь на истину, а уж потом на чувства». У Воронова был брат Игнат, который служил на подводной лодке на Балтике. Нередко в своих письмах он рассказывал о себе. «Плавать под толщами сумеречных глубин, где рыщут акулы да киты, романтично, — однажды писал Игнат, — но стоит лодке опуститься на глубину ниже допустимой нормы, и глубины раздавят ее корпус, как яичную скорлупу. Так что и у нас, Юрко, свои трудности, хотя твою работу чекиста я ставлю выше своей штурманской профессии. Как старший брат, горжусь, что ты — чекист...»