Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
ее рядом с Ефросиньей.
— Ей худо? — дрогнувшим голосом спросила Елена Ар
темьевна.
— Пройдет! — отрезала Любовь Антоновна. — Подними
голову, Рита. Пей! Я тебе приказываю! Ну! Учти: если ты по
теряешь сознание, когда нас повезут в больницу, на вахте ни
кого не примут, отправят всех назад в зону.
— Почему? — прошептала Рита.
...Что придумать?.. Сумею ли?.. Лишь бы поверила... Y нее
неясное сознание... Она ждет... Только страх за других спасет
Риту... Щенок я, а не доктор... Я не умею лгать... Если сказать
ей... Поверит ли?
— Я два раза лежала в лагерной больнице, — медленно
заговорила Любовь Антоновна, словно собираясь с мыслями.
«Неправда, я не была там», — Вновь прибывших больных
опрашивают на вахте. Если среди них есть хотя бы один
человек без сознания — возвращают всех. — Кажется, пове
рила... Открыла глаза... слушает...
— Куда? — в голосе Риты прозвучали тревога и страх.
— Туда, откуда привезли... Мне и Елене Артемьевне трудно
работать... Катя больна, и гораздо хуже, чем ты. Я скажу тебе,
голубушка, что у тебя просто расшалились нервы. Будь твер
же! Не куксись от каждого слова — и через месяц выздоро
веешь. Нс забывай о Кате и не вздумай подвести нас.
Рита плохо улавливала смысл слов Любови Антоновны.
Если бы она могла последовательно размышлять, то наверно
бы догадалась, что не отправят всю партию больных назад
только потому, что один из них без памяти. Но если даже это
и так, то их все равно не примут в больницу. Никому не из
вестно: придет ли в себя Ефросинья на больничной вахте. Все
го этого Рита не продумала, да и не могла продумать, но она
поняла главное: всех пятерых не положат в больницу и ви
новата будет она. Значит, надо держаться, во что бы то пи
стало держаться.
— Кушайте, Елена Артемьевна.
— Почему вы сами не едите?
— Я наелась.
— Где?
— В гостях, — ответила Любовь Антоновна, взглянув на
Катю.
— Помногу-то есть с голоду вредно, — сказала Катя, вы
тирая жирные ладони о подол, — руки бы теперь помыть... а
еще лучше — в баньке попариться... с веничком... Третий ме
сяц в баню не водили... Глубинка...
— Ты сполосни, Катя руки. Вода есть, — посоветовала
Елена Артехмьевна.
— Ошалели вы совсем! Кто же чистой водой руки моет?!
Люди придут — поиыот.
— Не подумала я, Катя... Извини...
— Скоро с работы вернутся... Угостим бабочек, Любовь
Антоновна?
— Не спрашивай, Катя... Стыдно... Распоряжайся всем на
шим богатством по своему усмотрению... Елена Артемьевна! Я
ваше кольцо назад принесла. Возьмите его! Спрячьте.
279
— Я не возьму, Любовь Антоновна!
— Но я обещала... Назад вернуть кольцо невозможно.
— Оставьте его у себя.
— Елена Артемьевна!
— Не перебивайте... Считайте, что вы мне вернули кольцо.
— Ну, знаете ли...
— Не возмущайтесь. Кольцо держите у себя, пока мы здесь.
Возможно, оно пригодится. Вы сумеете распорядиться лучше
меня. Y меня его отнимут скорей, чем у вас. Выберемся отсю
да — вернете его мне. Я вас очень прошу, Любовь Антоновна.
...Кто знает, что будет завтра... Капитан понял, что хозяйка
кольца одна из нас... Меня обыскивать не посмеют... На Катю
п Риту он не подумает: откуда у них золото... Ефросинья Ми-лаптьевна для него не в счет. Значит, Елена Артемьевна... Он
понимает, что она не перепрячет кольцо ни у Риты, ни у Кати...
Перед самым этапом отнимет, не сам, конечно, но кольцо
уйдет... Елене Артемьевне оно дорого... Муж... последняя па
мять...
— Я согласна, — Любовь Антоновна завернула кольцо в
чистый шелковый лоскут, тот самый, в который его завернула
Лиза.
— Вот и чудесно, — обрадовалась Елена Артемьевна.
— Отдохнем малость, а то я вроде бы не выспалась, —