Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

Таким образом, членами королевской фамилии считались все лица «крови короля», потомки Людовика IX Святого, включая побочную линию, признанную королями дома Валуа — герцогов де Лонгвиль-Орлеанских, а также отдельных бастардов. Отныне — и это будет неукоснительно соблюдаться вплоть до конца Старого порядка — принцы и принцессы крови, даже несмотря на дальнее родство с королем, на всех без исключения государственных и куриальных церемониях будут предшествовать всем остальным персонам. Как церемониальное воплощение Салического закона, мужчины всегда следовали впереди дам, подчеркивая свое потенциальное право на трон.

Следующим шагом церемониального конституирования рангов стало учреждение Ордена Святого Духа (L'Ordre du Saint-Esprit) 31 декабря 1578 г., положения которого, как уже отмечалось, вошли затем в Кодекс Генриха III 1587 г.[952] Командоры (духовные лица) и кавалеры (светские персоны) новой организации, по замыслу Генриха III, должны были стать, прежде всего, его политической опорой, или как минимум, демонстрировать лояльность, в силу духовных клятв, которые все члены приносили своему суверену, и связанных с ней обязательств. Чувствительный к идеям о божественной природе королевской власти и проникнутый стремлением к утверждению королевского Величества, король рассматривал свой двор как единое мистическое тело, способное в век катастроф сохранить разделенное королевство, а себя видел как главного хранителя и воплощения этого тела. Жаклин Буше подсчитала, что примерно каждый пятый посвященный дворянин был гугенотом[953]. В том числе по этой причине король так тщательно и подробно расписывал церемониальные обязанности членов Ордена, и, подобно отправителям церковных литургий, рассматривал церемонии как вид священнодействия[954]. Немного спустя этот опыт будет воплощен на уровне куриального церемониала 1585 г., который не носил сугубо «католического» характера и явно был рассчитан на межконфессиональный двор.