Человек взломанный

Впрочем, знаток санскрита из Венского университета Эдгар Лейтан утверждает, что этот перевод неправильный. Он критикует подход таких индологов, как Б. Л. Смирнов, который перевел фразу, процитированную Оппенгеймером, так: «Я есмь время (Кала), возрастая, я причиняю разрушение миру; для уничтожения миров я здесь продвигаюсь «. Перевод Шридхари комментирует это же место так: lokan praninah samhartum iha loke pravrtto ‘smi, «Я активизировался, чтобы убить людей, т. е. живых существ в этом мире». Версия перевода В. Г. Эрмана такова: «Я есмь Время, разрушение мира творящее, назревшее, к уничтожению здесь людей тяготеющее».

Лейтан убедительно показывает, что «Я» этой фразы — время — творит гибель людей. То есть фразу следует перевести так: «Я — Время, могучий губитель людей, и я собираюсь здесь людей убивать».

Оппенгеймер вряд ли знал санскрит настолько тонко, чтобы знать, что нужно говорить не «Я», а «Я, время», и не «уничтожитель миров», а «губитель людей» — хотя в каком-то смысле каждый человек — это мир, и убивая людей, вы действительно уничтожаете миры.

Так или иначе, технократ в Оппенгеймере верно нащупал правильный смысл, почувствовал себя на минуту самим временем, хозяином Вселенной, которому подвластна судьба человечества, более точно, владыкой, который это человечество может уничтожить.

Ведь были среди физиков и мнения, что начавшаяся цепная реакция может уничтожить Землю и пойти еще дальше, кто знает, до какого предела. Обошлось. Бомба оказалась много мощнее, чем предполагали другие, но конца света не случилось. «Мы знали, что мир никогда не будет прежним, — вспоминал впоследствии Оппенгеймер. — Кто-то смеялся, кто-то плакал, большинство молчали».

Оппенгеймер дорого заплатил за короткий момент технократического упоения. Всю дальнейшую жизнь он пытался вогнать джинна обратно в бутылку: был советником правительства, который рекомендовал ему начать переговоры об ограничении ядерных испытаний, был мозгом, стоявшим за отчетом Ачесона-Лилиенталя, который призывал к международному контролю за распространением ядерной энергии (назван так по имени тогдашнего госсекретаря США Дина Ачесона и главы Комиссии по ядерной энергии Дэвида Лилиенталя). Отчет лег в основу Плана Баруха (по имени представителя США в Агентстве ООН по контролю за атомной энергией Бернарда Баруха). Усилия Оппенгеймера, казалось, ни к чему не приводят — не зря его самого начали подозревать в антиамериканской деятельности. Физик на долгие годы попал в опалу. Не посадили его только потому, что идейный вдохновитель этих отвратительных процессов, сенатор Джозеф Маккарти, слишком много на себя взял и вскоре после начала травли Оппенгеймера открыл охоту на ведьм в Пентагоне, чего верхушка армии потерпеть не могла, поэтому сенатор вскоре был уволен со своей должности.