В полдень, на Белых прудах

Вернувшись, Матрена зашла в кладовую, зачерпнула два ведра зерна. На утро им корма хватит, отметила она, а вот в обед птице давать будет нечего. Одной кормосмесью да травой не обойдешься. Вспомнив о том, что сказала Анюта, Матрена выругалась: «Вот-вот, кур им подавай жирных, отборных, а за кормежку я пекись. Сама добывай, сама перевози, сама и раздавай. А что ж им делать? Ну, конечно же, кур жирных есть!..»

— Теть Матрена, — подала голос Анюта, незаметно появившаяся в дверях кладовой, — траву можно раздавать?

— Раздавай, раздавай. Ты ее порезала мелко?

— А как же!

Матрена подняла ведра, вышла из кладовой.

— Кормежку закончим — кур ловить будем. — И недовольно буркнула: — Не было печали, так черти накачали. К нему, черту лысому, гости едут, а мы, видите ли, расхлебуй, хлопочи.

Анюта промолчала, похоже, понимала, каково сейчас ее напарнице. Еще бы! Человек уже и продуктами обзапасся, и людей уговорил, чтоб подсобить пришли, а председатель, Дмитрий Иванович, почему-то оттягивает, не дает разрешения на то, чтоб в колхозе общие выходные устроить.

Матрена рассыпала по кормушкам зерно и думала о том, как ей завтра лучше проскочить в район и повстречаться с Кашириным. Председателя райисполкома она знала хорошо — он ведь кирпилинский выдвиженец. Каширин долгое время работал у них главным агрономом, затем его выбрали в председатели. И когда был агрономом, и уже когда сел в председательское кресло, он к людям относился с уважением, умел к каждому подобрать ключ, наверное, оттого и колхоз их не ходил в отстающих, наоборот, постепенно набирал темпы, укреплялся, богател. И вот — на тебе! — в этом году его срочно выдвинули в председатели райисполкома. Оно, может, и неплохо, что Каширина перевели туда — земляки средь районного начальства тоже нужны, да и честь все-таки — председатель райисполкома не откуда-нибудь, а из самих Кирпилей, то-то же! Знайте наших! Но вот… Что дальше будет? Кто у руля станет? Хорошо, коль толковый человек придет, продолжит дело кирпилинцев, а если нет, тогда что делать будут? В хвосте плестись? Не-ет, не таковского они роду-племени!.. Митяй, сменивший Каширина, не ударил лицом в грязь и пока, слава богу, держал марку колхоза, но чувствовалось, давалось ему это с трудом. А все из-за того, что не всегда находил с людьми общий язык, бывало, говорит с человеком о каком-то деле и вдруг ни с того ни с сего как раскричится, как разбесится, точно петух переполошенный. Эх, на него бы уздечку хорошую и человека побойчее, который бы держал его в этой узде, глядишь, и вышел бы из него толк. А так неизвестно еще, куда кривая выведет.