В полдень, на Белых прудах
- Автор: Логачев Виктор Степанович
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Донбас
- ISBN: 5-7740-0207-1
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В полдень, на Белых прудах». Краткое содержание книги:
Читатель встретится как со знакомыми героями по «Излукам», так и с новыми персонажами.
Но Митяй не подходил почему-то.
Неуж не люба она ему, свернувшись на постели калачиком, думала по ночам Матрена, так чего ж тогда он глаз с нее не сводит, чего бегает по пятам?
Однажды повезло ей — она переговорила с Митяем. Тогда уж Матрена на птичнике работала. Митяй же подвозил иногда им корм, он был ездовым. Встретились они, а о чем речь вести, не знают, ну впрямь два телеграфных столба.
— Отходы ты где брал, на складе? — первой пришла в себя Матрена.
— На скла-аде, — протянул растерянно Митяй.
Лицо у него круглое и всегда матово-желтое, а тут вдруг изменилось, точно на него радуга сплошная нашла; он как бы даже и в росте потерял, из солидного здорового парня враз превратился в худого, потертого жизнью мужика.
Матрена искоса взглянула на Митяя и тотчас вспомнила советы подруг: «Ты, Мотька, сама к нему льни, сама ему душу открывай, потому как тебе от него ничегошеньки не добиться; тюха-матюха он». Как же самой-то ей первой открываться? У него, у парня, смелости нет, а откуда ой у нее взяться, у девчонки? Что же делать?
— Тебе их Скупой отпускал, — постепенно оживлялась Матрена, — отходы, я имею в виду, Скупой?
— Точно, Скупой. — Митяй тоже вроде бы приходил в норму. — А ты откуда знаешь?
Матрена усмехнулась:
— А кто мог еще тебе отпускать?
— А-а… Фу ты! — спохватился Митяй, сообразив, что вопрос задал неуместный.
Они помолчали.
Митяй:
— А я гулять с тобой желаю! — вдруг ни с того ни с сего. Вот это да! Наверняка в лесу зверь какой-то издох.
— Как это — гулять? — прикинулась наивной Матрена.
— Как другие, — поспешно объяснил Митяй. — К примеру, как Фома Нечесов с Клавкой Тереховой. Сначала вместе на танцах, потом он ее домой провожает, Фома Клавку. И песни по дороге поют…
Услышав такое про Фомку, Матрена вздрогнула: «Не может быть, чтоб Фома гулял с Клавдией!» Ее вдруг всерьез заело. «Не может быть! — едва не выкрикнула она, — Он ведь меня любит, а не Клавку!», но удержалась, успокоив себя: дескать, это Фомка ей назло. И вообще, мол, чего всполошилась, гуляет он с Клавкой, ну и пусть на здоровьечко гуляет, может, это даже и хорошо, не будет Митяю и ей карты путать.
— Так как, не возражаешь? — Митяй: дрожал весь, будто его малярия трясла, ждал, бедный, ответа.
Матрена взглянула на него, и ее неожиданно смех разобрал.
— Ты чего-о? — опешил Митяй. — Ты что, со мной гулять не желаешь?
Матрене бы остановиться, всерьез сказать: ну что ты, мол, Митя, что ты, дорогой, наоборот, мне от другого смешно — как ты неумело с девушкой разговариваешь, но у нее не выходило никак, точно ей в рот попала смешинка и делала, чертячка, свое нехорошее дело.
— Та-ак, от ворот поворот, значит? Я-асно! — Митяй впрыгнул в подводу, кнутом лошадей стегнул — и ходу, лишь пыльный шлейф за собой и оставил, был — и нету.
Матрена опомниться даже не успела, как все вышло.
Поговорил-ла! Ах, дура, ах, ненормальная! — ругала она после себя. — Надо же, чего натворила! Ждала парня, по ночам не спала, думала о нем, а он пришел… Дур-ра! Дура набитая! Вот больше не подойдет к ней… Так ей, значит, и надо, другой раз будет знать, как смеяться! Но он тоже хорош, видите ли, ему…
В тот день Матрена наплакалась вдоволь, как никогда.
А потом…
Матрена вздрогнула: ей показалось, будто в левой стороне птичника что-то ухнуло. Не воры ли?
Она прислушалась: тихо. Голосов Анюты и Клима тоже не слышно. «Целуются, черти этакие», — решила Матрена.
Так что же потом все-таки было? Ага, кажется, вспомнила. Спустя примерно месяц Матрене довелось свидеться с Фомкой Нечесовым. А произошло так.
У Клавки Тереховой по случаю дня рождения собиралась вечеринка. Пригласили туда и Матрену. Она, правда, отказывалась, помня, о чем говорил ей Митяй: мол, Фомка с Клавкой гуляет, но подруга пригрозила: может обидеться, и Матрене не оставалось ничего делать как согласиться. Про себя же подумала: немножко посидит, ну, для приличия, что ли, и уйдет, а уж они, Фомка с Клавкой, после пусть любезничают, пусть до сини нацеловывают губы. Матрену, между прочим, тогда и другая мысль подтачивала: она у Клавки подопьет, осмелеет и помчится прямиком к Митяю и извинится перед ним за то, что смеялась… Матрена тоже не лыком шита и в этот вечер нацелуется вдоволь.