Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России
- Автор: Рабинович Саймон
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-44-481445-1
- Переводчик: Любовь Борисовна Сумм
- Жанр: История
Электронная книга - «Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России». Краткое содержание книги:
Саймон Рабинович преподает в Северо-Восточном университете (Бостон, США), специалист по истории евреев в России, Европе и США.
Глава 7. Независимые государства и неоправдавшиеся ожидания
Когда под конец Первой мировой войны Австро-Венгерская и Российская империи распались, настал момент, которого так долго ждали и националисты, и революционеры. Всего за пять лет (1917–1922) карта Восточной и Центральной Европы будет полностью перекроена. Еще во время войны сложилось общее мнение, что по итогам войны евреи Восточной Европы должны получить права национального меньшинства и ту или иную форму автономии. Американский адвокат и лидер сионистов Луис Брандайс (1856–1941) в 1916 году писал Люсьену Вольфу в связи с созданием Американского еврейского конгресса:
Нынешняя война затрагивает и вопрос прав малых наций и групп. Мы надеемся, что при обсуждении этих прав и общем пересмотре международных отношений, каковые последуют по окончании этого конфликта, не будет оставлена без внимания и проблема еврейского народа. Мы, американские евреи, пришли к осознанию, что мы сами должны активно, лично и напрямую, участвовать в спасении нашего народа, чтобы его участь была исцелена от нынешних изъянов и эти улучшения сделались постоянными[895].
Прежде чем закончилась Первая мировая война, британские сионисты добились грандиозного успеха. Хотя о значении декларации Бальфура и о подлинных намерениях англичан можно спорить, в ту пору евреям казалось, что сионисты получили от Британской империи письменную и публичную поддержку для создания «национального очага» в Палестине. Декларация Бальфура, несомненно, являлась победой сионистов над Объединенным комитетом в происходившем на всем протяжении войны состязании за благосклонность британского министра иностранных дел[896]. Социалисты и антисионисты могли попросту отвергнуть эту декларацию и противиться ее осуществлению, но как обстояло дело с такими представителями национализма диаспоры, как Дубнов и его сподвижники, которые утверждали, что не желают противостоять ни сионистскому национализму, ни освоению Палестины, однако считают нереалистичными такое направление еврейского национализма и пренебрежение интересами диаспоры? Дубнов действительно не выступал против декларации Бальфура, но высказывал опасение, что она отвлекает евреев от главной задачи: миллионы евреев нуждались в узаконивании их национальной автономии в диаспоре, а внимание всего мира обратилось к клочку земли, где проживало не так уж много евреев.
В итоге оказалось, что по окончании войны вопрос о национальных правах евреев Восточной Европы сделался еще более острым. К тому времени как победители собрались в Версале обсудить условия мира, евреи Российской империи и Австро-Венгрии успели разделиться на два непохожих друг на друга политикума (граница между ними оставалась подвижной, поскольку войны в Восточной Европе еще продолжались). Значительная часть региона, в прошлом ограниченного чертой оседлости, оказалась внутри Советского Союза. Остальные евреи — бывшие подданные Российской империи — очутились в новых независимых национальных государствах: Литве, Латвии, Польше и в расширившей свои владения Румынии. Версальским дипломатам не было дела до того, как советское правительство обойдется с еврейским населением, к тому же они не имели в этом вопросе никакого влияния. Тем не менее участники Парижской мирной конференции прекрасно понимали, что новые национальные государства, возникшие на развалинах двух империй, ни в коей мере не будут однородными, и потому собравшиеся в Версале политики стремились во избежание новых конфликтов обеспечить права меньшинств. Так, благодаря судьбе или случаю, евреи оказались либо гражданами Советского Союза, государства, враждебного религиозному традиционализму, зато готовому интегрировать их индивидуально в гражданское общество, либо гражданами одного из национальных государств, равнодушных к религиозному традиционализму, но не допускающих евреев до полноценного участия в национальной политике. Только Литва и Украина, и то на короткий период, готовы были предоставить евреям национальную автономию. По разным причинам еврейская автономия оказалась равным образом несовместимой ни с политическими установками Советского Союза, ни с задачами национальных государств. В этой главе показывается, как все государства, где евреи оказались в постверсальскую эру, постепенно удушали ту единственную политическую мечту, которая объединяла различные течения еврейской политики в России и Восточной Европе: мечту об автономии.
895
Письмо Луиса Брандайса Люсьену Вольфу. 16 мая 1916 (YIVO. RG 348. F. 63. L. 5319). Через три недели Брандайс будет утвержден в должности заместителя члена Верховного суда (5 июня 1916).
896
См.: Schneer J. The Balfour Declaration: The Origins of the Arab-Israeli Conflict. New York, 2010.