Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России

В первую очередь это относится к фолкистам: они доказали, что сознательная еврейская интеллигенция способна успешно трансформировать общественно-политическую организацию еврейской жизни, пусть даже влияние конкретных лидеров не привело их самих к политическому успеху. В руководстве Еврейской народной партии было много деятелей культуры и общинных активистов, но мало политиков. Преобразуя свое движение в еврейскую национально-демократическую партию, фолкисты пытались с помощью лозунга самоуправления привлечь массового избирателя. В 1917 году они надеялись, что их идеологически эклектичный состав и принципиальная антипартийность найдут широкую поддержку, однако трудно сказать, сколько из них на самом деле хотели добиться власти в общинах, а не просто пропагандировали свои и дубновские идеи автономии. Тот факт, что фолкисты не смогли добиться широкой поддержки своей партии, даже сами они могли считать несущественным. Если посмотреть, в какой мере структура еврейской политики в 1917 году отражала фолкистские взгляды, окажется, что идеология автономизма пользовалась большим успехом. Российское еврейство в 1917 году более всего было озабочено обретением автономии, и ее достижение путем созыва Всероссийского еврейского съезда и системы местного общинного самоуправления — явное доказательство победы дубновского мировоззрения.

Примирить идею еврейской автономии с большевизмом оказалось невозможным, и, вероятно, было бы трудно достичь автономии даже при конституционно-демократическом либеральном режиме. До самого конца 1917 года казалось, что будущее связано с партией социалистов-революционеров, чья популярность была подтверждена большинством голосов и мест на выборах в Учредительное собрание. Эсеры выступали с идеей, что каждая нация должна иметь свой представительский сейм или парламент, и пришли к поддержке идеи внетерриториальной национальной автономии. При широкой общественной поддержке эсеров в России надежда, что в новой многонациональной России евреи окажутся на равных с другими народами, пусть и без собственной территории, была небезосновательной. Как отмечала «Еврейская неделя» в сентябре 1917 года, «условием расцвета национальностей России и ее единства является разрешение национального вопроса на почве национально-территориальной и национально-персональной автономии. Последней добиваются для еврейского народа все еврейские партии и течения»[891]. Однако с учетом того, как слабела эсеровская поддержка прав национальных меньшинств по мере приближения этой партии к власти (и как росла после большевистского путча), невозможно судить, в какой мере была бы осуществима еврейская автономия под властью эсеров.