Жизнь Отечеству. Честь никому. Памяти адмирала Ивана Ивановича Чагина [litres]

Этот важнейший фактор в бою представлялся как бы на вдохновение или на импровизацию командирам каждого корабля отдельно. И вот результатом такого пренебрежения тактикой морского боя был полный разгром в Цусимском сражении вдвое сильнейшей эскадры адмирала Рожественского эскадрой адмирала Того, который в ожидании прихода русского флота выработал на своей эскадре метод сосредоточения огня всех своих кораблей на один головной (адмиральский) корабль русского флота, и при этом управление огнем всей эскадры находилось в руках одного человека (адмирала). Град японских снарядов обсыпал залпом головного мателота русского флота, тот выходил из строя, горел и тонул опрокидываясь. Затем такой же сосредоточенный огонь переносился на следующий головной корабль и т. д. Так погибали поочередно корабли русской эскадры. Когда стемнело, адмирал Того отошел с эскадрой в сторону, а на уцелевшие русские корабли, сбившиеся в кучу, направил свои миноносцы, и те, атакуя их минами Уайтхеда, довершили гибель русского флота.

«Я вышел на левую сторону между носовой 12- и 6-дюймовой башнями посмотреть на японскую эскадру…

Она была все та же!.. Ни пожаров, ни крена, ни подбитых мостиков… Словно не в бою, а на учебной стрельбе! Словно наши пушки, неумолчно гремевшие уже полчаса, стреляли не снарядами, а… черт знает чем!.. (В бою при Цусиме японцы потеряли: убитыми – 113, тяжело раненными – 139, серьезно раненными 243 и легко раненными- 42 (!). Помимо отзывов японских офицеров, которые могут быть пристрастными, эти цифры говорят достаточно красноречиво. Почти половина потерь (252 из 537) – убитые и тяжело раненные, другая половина – серьезно раненные и легко раненные – меньше 8 %. Общее число потерь-ничтожно. Очевидно, наши снаряды или не рвались вовсе, или рвались плохо, т. е. на небольшое число крупных кусков. Разрывной заряд японских снарядов был в 7 раз больше, чем у наших, и состоял не из пироксилина, а из шимозы (а может быть, из чего-нибудь еще сильнейшего). Шимоза при взрыве развивает температуру в 1 2/3 раза высшую, нежели пироксилин. В грубом приближении можно сказать, что один удачно разорвавшийся японский снаряд наносил такое же разрушение, как 12 наших, тоже удачно разорвавшихся. А ведь эти последние часто и вовсе не рвались…)»[29].

Далее можно привести интересный факт дислокации эскадры перед боем: «С самого раннего утра 14 мая, эскадра наша находилась при входе в восточную часть Корейского пролива, между островами Японии и островом Цусима, – расположение ее было в три кильватерные колонны: первая левая колонна – главные силы, состоящие из трех броненосных отрядов: первый броненосный отряд: «Князь Суворов», «Император Александр III», «Бородино» и «Орел»; второй: «Ослябя», «Сисой Великий», «Наварин» и крейсер I ранга «Адмирал Нахимов», третий: «Император Николай I» «Адмирал Апраксин», «Сенявин», «Адмирал Ушаков». Среднюю, вторую колонну составляли транспорты: «Анадырь», «Камчатка», «Иртыш», «Корея», «Русь» и «Свирь». Впереди транспортов, головным шел крейсер «Алмаз». Правую, третью колонну – составляли крейсера: «Олег», «Аврора», «Дмитрий Донской» и «Владимир Мономах». По обе стороны средней колонны шли в кильватер по 4 миноносца – один же из них, кто теперь не помню, находился на траверзе адмирала, командующего эскадрою. Спереди эскадры, на видимости глаза, шли в кильватер два разведчика – крейсера «Урал» и «Светлана»; с боков эскадры, тоже на видимости глаза, шли справа – крейсер «Жемчуг», а слева – крейсер «Изумруд»[30].