Лорд Галифакс: святой Лис [litres]

После Австралии Вуд вернулся в Южную Африку, где все еще находились его родители. Вместе они посетили водопад Виктория, в котором лорд Чарльз решил искупаться вопреки предостережениям про крокодилов, но, по счастью, злой рок, кажется, перестал досаждать этой семье, и опасного знакомства с местной фауной не состоялось. Там же, в Южной Африке, Эдварда Вуда представили лорду Милнеру, который уже тогда окружал себя молодыми людьми, известными как «детский сад Милнера»66. Он, несомненно, был заинтересован в том, чтобы взять в свой питомник еще и будущего лорда Галифакса, но Вуд, несмотря на то, что разделял многие идеи о колониальном могуществе Британской империи и т. д., с присущей ему осторожностью не спешил присоединяться к этой компании, хотя многих из нее уже знал по Оксфорду и эпизодическим знакомствам.

Вернувшись из путешествия в 1905 г., Эдвард Вуд попал в водоворот политических страстей перед Всеобщими выборами. Поначалу он помогал своему шурину Джорджу Лейн-Фоксу, супругу его старшей сестры Агнес, с избирательной кампанией по колониальным вопросам, о которых теперь имел представление из первых рук. От мысли о том, чтобы самому пройти в Палату общин в тот год, Вуд отказался, так как политическая обстановка была крайне нестабильна. Джозеф Чемберлен расколол консерваторов тарифной реформой67, а партию вигов, несмотря на то что дед Эдварда был ее видным представителем, из-за ее отношения к церкви он поддержать не мог.

Однако в йоркширском округе Рипон необходимо было подготовить кандидата на смену державшему место в Палате общин почти уже двадцать лет подряд консерватору Джону Уортону. И в эти кандидаты был отобран Эдвард Вуд. Для окончательного утверждения ему предстояло пройти собеседование, а также дебаты в Херрогейте: «Меня предупредили, да и сам я ожидал, что один из их самых задиристых вопросов будет касаться требований Парламента восстановить порядок в церкви посредством законодательства. Было много болтовни вокруг этого, это касалось и обрядовости, и так называемых незаконных методов, и в этом случае мой отец становился одним из главных героев обсуждения. Он не был слишком вежлив относительно протестантов, и характер его высказываний бывал совершенно неблагоразумным <…> Мне это все казалось очень непростым, и я лежал в ванне в Гэрроуби, продумывая ответы на самые ядовитые возможные вопросы. В результате ничего такого у меня не спрашивали, и я был избран как кандидат от консерваторов». Таким образом, он должен был ждать следующих Всеобщих выборов, а пока держался подальше от Парламента, вновь отправившись путешествовать.