Лорд Галифакс: святой Лис [litres]

В 1904 г. заканчивался его первый год в Олл Соулс. Для торжественной церемонии требовалось произнести речь, причем на латыни, а не на английском языке. Поскольку с латынью у Вуда дела так и не задались, он «заставил Чарльза Фишера написать латынь для меня; но, несмотря на это, я боюсь, что речь все равно едва ли дотягивала до ожидаемого стандарта. <…> Конечно, когда я так легкомысленно отнесся к этой обязанности, я вряд ли предполагал, что наступит день, и я должен буду достигнуть самой высокой академической чести, которая только может выпасть любому студенту Оксфорда: меня пригласят стать канцлером университета»61. Предполагал ли Эдвард Вуд, что привычка заставлять других писать за себя речи также ему в будущем очень пригодится, неизвестно. Зато известно, что от этого будет чрезвычайно страдать сэр Алек Кэдоган, проклиная министра иностранных дел, который раз за разом сваливал на него почетную обязанность придумывать спичи для Палаты лордов, банкетов лорд-мэра и других мероприятий62.

Настойчиво подталкиваемый отцом к политической карьере, Эдвард все-таки согласился на поездку по колониальным владениям Британии, чтобы ознакомиться на месте с жизнью империи, которой, судя по всему, ему предстояло управлять. Во всяком случае, на это надеялся лорд Чарльз, а его сыну пришлись по душе популярные тогда рассуждения о «бремени белого человека»63: «Редьярд Киплинг учил соотечественников сознанию того, что Божественное провидение теперь лежит на их плечах, и если раньше было уместно посещать страны Европы, теперь в сознании это было заменено посещением того, что тогда все еще назвали колониями»64, – писал граф Галифакс в 1957 г.

Колониальные туры действительно были обязательной если не ступенью, то неким порогом парламентской и политической карьеры, и немногие политики тех лет не проходили через подобные путешествия. Компанию Эдварду составил его верный друг Луди Эмори, с которым они отправились в Южную Африку. По пути туда к ним присоединились и родители Эдварда, а также его сестра Мэри. Вести о смерти тети Эмили и процесс наследования ее имущества Эдвардом вернули семью Вудов в Йоркшир на несколько месяцев, но в феврале 1905 г. Людовик Эмори вновь встретился со своим другом, на сей раз в Египте, из которого они направились в Индию.