Посещения запрещены [litres]

Убегая, я слышу, как другая пациентка обращается к ней: «А вы снимите надпись про курение еще». Это она про туалет. Там на стекле висит листочек в клетку: «Девочки! Закрывайте за собой дверь, иначе курить запретят вообще!»

Я сначала не могла понять этой надписи, потому что везде висят таблички о том, что курение запрещено, и я сама подписывала согласие с правилами этого места, где «Курение запрещено» вынесено отдельно, без цифры, по центру.

Мне больше некуда впихнуть вещи. Прошу соседку подержать у себя. Все готово, у нас образцовые тумбочки: ничего, кроме чашки (ладно, у меня две чашки, термос и бутылка для воды). Мы чинно сидим на заправленных кроватях, но это длится недолго – мы падаем от усталости.

12.00 Тревога перекрывает все. Я сажусь на диван с ногами и обнимаю их руками: «Я убью себя, если у кого-то из-за меня будут проблемы». Ординаторка кашляет и говорит, что попросит лечащего врача посмотреть меня.

У меня уже некоторое время нет суицидальных мыслей, но процесс лечения не всегда идет стабильно вверх, в нем возможны провалы, откаты, и в этом нет ничего страшного.

12.45 Что-то вкололи (говорили название, но я уже забыла), через полчаса посмотрят, что со мной.

11 декабря 2020

Проверка прошла незаметно, а я провела чудесный день без нервов, эмоций, чувств, как будто меня от мира отделяла стеклянная стена. Вечером стена растворилась, и голову прорезали волны тревоги. Плакала, грустила, очень хотела выпить таблетки.

Ты на курорт приехала?

Поначалу я слышала этот вопрос часто – конечно, только от пациентов – и отвечала одинаково: «Я просто люблю комфорт».

У меня здесь два пледа, две декоративных подушки, девять видов чая, горячий шоколад, какао, вспенивать молока, молоко коровье и растительное, тростниковый и белый сахар… Растущая гора косметики едва вмещается в симпатичную корзинку, и это слегка нервирует, когда я не могу сразу найти нужный предмет – ведь стоит она на видном месте именно с этой целью. Рядом к стене приставлена открытка (цмок), пару дней назад к ней прибавилась вторая (цмок). Дверцу тумбочки лучше не открывать – черная дыра вещей поглотит любого. Полочка над раковиной оккупирована только моими средствами.

Мне кажется, моих вещей больше всего и в запрещенке, которая хранится у медсестер.

Забавно, что никто из пациентов, задавших мне этот вопрос, не подумал, что так выражается тревога. Я здесь почти месяц, представляете? И все свободное время я трачу только на одно: бесконечно собираю корзины на разных сайтах, иногда покупаю, иногда – нет. Все было вполне неплохо, когда у меня были деньги. Стало чуть хуже, когда я начала тратить кредитку. Вчера даже пообщалась с поддержкой банка в стиле «а можно это будет как бы рассрочка еще на пару месяцев без процентов?» Типа, знаете, в Новый год без долгов… Я просто не могу заниматься ничем другим, даже если хочу. Пишу вот сюда еще. Фильмы смотреть не могу, читать – тем более. К рисованию так и не притронулась. Ролики на ютубе вдруг тоже стали чем-то сложным.