Посещения запрещены [litres]
- Автор: Снегова Валерия
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: издательство ЭКСМО
- ISBN: 978-5-04-163499-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Посещения запрещены [litres]». Краткое содержание книги:
В июне 2020 года я попала к психиатрке. Она поставила мне тревожно-депрессивное расстройство. Той осенью я впервые оказалась в психиатрической больнице. У меня не было людей с похожими проблемами в моем окружении, и я совершенно не знала, к чему готовиться.
Эта книга – мой личный дневник. В ней я рассказываю о правилах, врачах, других пациентах, досуге. Это сборник впечатлений человека, который не задумывался, насколько другой может быть повседневная жизнь.
Комментарий Редакции: Кто бы что ни говорил, но депрессия – настоящая пандемия современного века. Статистика внушает страшные цифры ежегодно заболевающих, и эти числа зреют печальными знаками на теле всего человечества. «Посещения запрещены» – печальный ответ всем тем, кто игнорирует важность собственных мыслей в попытках убежать от своего «я». Пусть эта тяжелая, но такая правдивая книга станет для многих сигналом надежды в вязкой путанице ментального плена.
Но важнее другое. Меня хейтит буфетчица. Мне кажется, я знаю, как все к этому пришло. Все началось с…
Не могу сказать, что у нас были крепкие отношения. В первую нашу встречу я, когда относила тарелку, сказала ей: «Спасибо, было очень вкусно». Услышав это, она так изменилась в лице, что брыли затряслись, а морщин от улыбки стало еще больше. Она поблагодарила меня в ответ, и я поняла – ей было приятно это услышать.
В какой-то момент девочки сказали, что она та еще алкоголичка, которую не раз заставали пьяной на работе, и я, признаться, охладела к ней, но потом оказалось, что они говорили про другую буфетчицу. И мы продолжали дарить друг другу улыбки.
Девочки и мальчики обычно едят раздельно – связано это, в первую очередь, с тем, что столовая не вместит всех сразу. Столовая, порой, и одних девочек не вмещает – нас в три или четыре раза больше, чем мальчиков.
Я стараюсь приходить первой, но ухожу все равно одной из последних. Понимаете, у меня суставы больные, челюсть щелкает, капа мешает жевать… Не знаю, кто посчитал, что мне подойдет личина 15-летней девочки.
Так вот, когда я уходила, уже пришли мальчики. Я подошла к чайнику с кипятком (стараюсь набирать его после всех, чтобы случайно не обделить кого-то) и осознала, что я сейчас долью последнее. Но для мальчиков – я точно знала – есть отдельный чайник. Я решила, что наши отношения уже это позволяют, и бодро спросила (ради других, не себя), не будет ли ещё кипяточка, а то тут кончился.
То, что последовало потом, я точно не ожидала. Она высунулась из раздаточного окошка и громким советским голосом сказала: «Все вылила, нечего со своими термосами тут ходить, мальчиков обделять». Я оторопела и с позором поспешила покинуть помещение.
Дальше было только хуже. Она перестала отвечать на мои «спасибо» и «было очень вкусно, спасибо». Когда я подходила к ней и желала доброго дня, ее лицо было настолько лишено эмоций, что ни одна брыла не дергалась.
Теперь я вздрагиваю каждый раз, когда кто-то спрашивает, есть ли еще кипяточек, потому что я знаю – она найдет взглядом меня, чтобы сказать: «Кипяток прятать приходится от этих, а то в термосы свои разливают».
Чтоб вы знали, мой термос вмещает 1,5 кружки, и наливаю я в него всегда не доверху. Но смотрит она на него так, как будто в нем 5 литров. Вчера я налила ровно на одну кружку, но она все равно зыркнула.
Понимаете, я бы и рада подходить после мальчиков, чтобы точно никого не обделять, но нас ведь не выпускают из-за М.!!!
Не знаю, что делать…
6 декабря 2020
Входит ли в расписание общение с терапевтом, или у каждого это индивидуально?
Индивидуально.
Я хочу начать общение с психотерапевтом тета-тет, но пока что мы (лечащий врач, ординаторка и я) понимаем, что я к этому не готова. Когда мое эмоциональное состояние стало выравниваться, врач пыталась поговорить со мной. Она пододвинула к себе папку с личным делом и спросила: «Вы из Нижнего Новгорода, правильно?» – и у меня брызнули слезы из глаз. Она убрала папку обратно и сказала: «Ничего, вернемся к этому позже».
Каждый будний день я встречаюсь с ординаторкой. Чаще всего она застает меня одетой, умытой, на аккуратно заправленной кровати. Бывали и исключения. Она быстро понимала, что что-то критично не так, когда:
⁃ я лежала в пижаме на смятом белье, накрываясь одеялом, сбившимся в ком (упало давление, пыталась потерять сознание);
⁃ я накрывалась с головой пледом и поплакивала (противотревожных было недостаточно).
С лечащим врачом я вижусь 1–2 раза в неделю, по желанию чаще.
У меня были занятия в психогруппе, об этом был пост. Это хороший формат для начала, когда все только-только справляются с побочками и думать, тем более вникать во что-то, невозможно. Раньше также проводили занятия для близких и родных (объясняли, в каком состоянии находится человек, на что это влияет, почему так происходит), но сейчас, конечно, из-за того-о-чем-нельзя-говорить подобных встреч больше нет.
Сейчас я хожу на психоэмоциональные тренинги. Не знаю их точное название, но напоминает когнитивно-поведенческую терапию. Здесь более активная работа (хотя всегда можно отказаться отвечать или делать дз), другой психолог. Иногда их двое – один ведет занятие, а второй сидит как шпион и наблюдает за нами.
Про первое занятие сказать особо нечего. На нем мне предложили составить ответ, максимально объективно объясняющий, почему что-то не получилось. У меня сломался мозг, я поняла, что не умею мыслить за пределами схемы «я виновата во всем в этом мире», расплакалась и вышла.
Второе занятие я отсидела полностью, меня уже не трогали. В качестве домашки нужно записать ситуации, в которых я делала преждевременные выводы.