Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том I

Меня словно ударило током. Адреналин вскипел, напрягшиеся руки и ноги начали лупасить по воде почём зря. Среди гирлянд пигментированных отростков медузы («Корнерот, её называют корнерот!» – услужливо, но некстати обрадовалась память) была втиснута человеческая голова.

Мужская, с короткими светлыми волосами, широко распахнутыми глазами и раззявленным ртом, из которого вместо языка свисало длинное тёмно-красное щупальце. Под нижней челюстью плоть казалась не срезанной острым предметом вроде гильотинного лезвия, а оборванной, висящей неряшливыми лохмотьями, словно кто-то очень сильный обхватил тело одной рукой за башку, а другой за туловище и проворачивал в разных направлениях, пока не разодрал плоть.

Зрачки мёртвой головы разъехались: первый уставился вверх, почти закатившись под веко, а второй заполз в нижний левый угол глазной впадины. Кожа казалась раздутой, бугрящейся, но не сильно – или труп пробыл под водой недолго, или организм медузы, в которую голова то ли врастала, то ли проваливалась в рот-анус, обладал способностью притормаживать разложение.

Тварь снова сжалась и разжалась, шевельнув чудовищным грузом, и я отчётливо, со всей ясностью, увидела, как разъехавшиеся глаза движутся, выползают из своих лакун, чтобы… уставиться на меня.

Горло сдавило спазмом, взгляд расфокусировался, я не могла больше сопротивляться тошноте, и рассталась с завтраком. И обедом, и вчерашним ужином, скорее всего, – так меня вывернуло. Параллельно я пыталась отплыть от этой гадости подальше, лупила ладонями по волнам, а ногами делала «велосипед».

Плавала я хорошо: в детстве ходила в секцию, пару раз приносила домой медальки региональных первенств. И тело не подвело – голова-медуза за мгновения осталась позади.

Теперь надо решать, что делать дальше.

4

До берега метров семьдесят. Если по прямой. Плёвое расстояние – для опытной пловчихи ни о чём.

Можно нацелиться влево или вправо, по дуге, чтобы не бояться столкнуться с медузами, оставившими жгучие следы на моей коже. Расстояние побольше, но и нервничать меньше придётся. Хотя…

Нервы и так никуда не годятся. Тоже мне, отправилась релаксировать! В объятья к студням-убийцам! Или, может, когда я плескалась, мне башку напекло, и в действительности нет ни корнеротов-каннибалов, ни живых глаз на трупной башке, ничего этого.

Да, это галлюцинация! Сейчас доберусь до берега, плюхнусь на гальку и усну. Сразу! А когда проснусь, ситуация окажется дурным, абсурдным мороком. Так ведь и есть!

Несколько минут лежала на плотной воде, минимум движений – восстанавливала силы. А затем погрузилась, чтобы определиться, в какую сторону путь держать. И тут же вынырнула, передёргиваясь, будто мышь увидела. Терпеть их не могу!

Путь к берегу преграждала шеренга багровых медуз. Я никогда такого не видела: покуда хватало глаз, они зависли в воде на одинаковом, сантиметров двадцать-двадцать пять, расстоянии друг от друга. Словно кто-то аккуратно распределил их рядочками – так мы по весне высаживали в чернозёме картошку в лунках.