И солнце взойдет (СИ)
- Автор: О'Джин Барбара
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «И солнце взойдет (СИ)». Краткое содержание книги:
— Снится, — коротко отозвался Ланг, а потом снег опять захрустел под подошвой тяжелых ботинок.
— И как это?
Энтони равнодушно пожал плечами.
— Грязно. А еще пыльно и шумно. Постоянно чего-то не хватает. То антибиотиков, то банально чистого инструмента.
— Сколько ты там провел?
— У нас допрос? — раздалось хмыканье, но Рене не повелась. Наоборот, она быстро обошла его, остановившись прямо перед Энтони, и совершенно будничным жестом смахнула с воротника мужского пальто целый сугроб. С неба вновь валил снег.
— Нет. — Рене покачала головой. — Не знала, что это очередная запрещенная тема.
Она вздохнула. Прямо сейчас Рене отчаянно напоминала себе канатоходца, который, похоже, сделал шаг мимо веревки, потому что ответа не последовало. Энтони лишь скривился, и они вновь зашагали по заваленной сугробами улице, которая быстро становилась безлюдной. Вечер перед Рождеством все хотели провести вместе с семьями, а потому лишь запоздавшие безответственные покупатели выбирали подарки в последних не закрывшихся ещё лавках. Скоро улица совсем опустеет, а вот им с Тони сегодня идти некуда. Только и оставалось месить снег да вести пространные разговоры в надежде однажды добраться до нужной темы.
— Три года, — неожиданно прозвучал за спиной голос, а Рене оглянулась. И в этот момент в почти заснувший мир ворвалась музыка из соседнего кафе.
«Whatever I said, whatever I did I didn't mean it
I just want you back for good»
Надо же, она и не заметила, когда Энтони остановился. Он замер у тира, рядом с лотком, где лежали самые дешевые игрушки на свете, и разглядывал их с таким любопытством, словно был заядлым зоологом. Хотя вряд ли в мире существовали специалисты по оранжевым единорогам или плюшевым жабам. Впрочем, в докторе Рене были зарыты поистине волшебные таланты. Неожиданно Энтони усмехнулся и взял в руку серебристого лося. Да уж, символ Канады — это святое.
— В армии не было ничего интересного, если вдруг ты напридумывала себе трагедии космического масштаба. Отслужил, получил лицензию, вернулся и закончил подготовку на травматолога. А дальше тебе известно.
Он хмыкнул и небрежно вернул лося на место, ну а Рене нервно стиснула руки. Да, последующую историю знал каждый, кто хоть раз слышал имя доктора Ланга. Самый молодой глава отделения, наглец, виртуоз и просто эпатажная личность. Рене вздохнула. А еще потрясающе противоречивый человек.
«It wasn't good
But in the corner of my mind I celebrated glory»
— Филдс хочет, чтобы ты перестал пить таблетки, — проговорила она сквозь радостное песнопение.
— Джонатан давно не мой лечащий врач, — резко отозвался Энтони. — Я сам решу, пить мне их или нет.
— А еще он назвал тебя Колином, — ровно сказала Рене и уставилась в темные от ночи глаза, где прямо сейчас плясали огоньки очередных гирлянд. Позади них с гоготом пронеслась толпа то ли немецких, то ли австрийских туристов, и Тони сделал небольшой шаг назад.
— Вот уж кому не следовало пренебрегать пилюлями для поддержания памяти, — донеслось ядовитое шипение.
— Кто он тебе?
— Бывший учитель, который слишком привык лезть не в свое дело, — процедил Энтони.
Он постарался поглубже засунуть криво сидевшего лося, отчего остальные игрушки едва не посыпались. А Рене втянула воздух сквозь сжатые зубы. Учитель? Что же, это многое… Ладно. Не многое, но хоть что-нибудь объясняло.
— Хочешь, я выиграю тебе медведя? — Неожиданный вопрос заставил Рене удивленно моргнуть.
— Что? — переспросила она.
— Медведя хочешь? — Тони махнул рукой на ряд железных банок, которые, видимо, требовалось прострелить из захудалой пневмовинтовки. Лак на её прикладе давно стерся, а дуло, кажется, пошло красивой волной. Рене озадаченно нахмурилась.
«Whenever I'm wrong
Just tell me the song and I'll sing it
You'll be right and understood»,
— хрипящее рождественское радио хотелось выключить, но оно продолжало уверенно мешать разговору.
— Зачем он мне?
— Все девочки обнимаются с мишками на ночь. Разве нет? Завязывают бантики, усаживают на подушку или кладут под одеяло.
— Да, если им пять, — холодно откликнулась Рене. Это что, опять странный намек на её детский возраст? Но Энтони ничего не добавил и принялся шарить по карманам своего заснеженного пальто.
— Значит, не хочешь?
— Нет.
— Жаль. Думал произвести впечатление, — машинально пробормотал он, и с волос полетела целая шапка из белых хлопьев, обнажив покрасневшие на морозе уши.
О господи. И кто из них теперь ребенок? Рене поглубже надвинула капюшон куртки. Это Канада, а не солнечное калифорнийское побережье! Тем временем Энтони все же нашел пропажу, которой оказался бумажник, и достал пару купюр. Даже в тусклом свете гирлянд пластиковые деньги напоминали разноцветные фантики.
— Какой приз, если собью все? — спросил Ланг на отвратительнейшем французском, а затем махнул в сторону пустых банок.
— Заяц за три промаха. Лось за два. Победителю — вон тот славный бобр. — Продавец показал на нечто длинное и невнятно коричневое, неопознаваемая часть тела которого трагично болталась сверху стойки с дурацкими банками. Что? Нет! Ей не нужен ни заяц, ни лось и ни бобр, и уж точно она не нуждалась в утешительных праздничных флажках с гербом Квебека.
— Ты же не хочешь?.. — начала было Рене, но очень взрослый мужчина невозмутимо вскинул винтовку, что-то там осмотрел и щелкнул пальцами по прицелу. — Тони! Зачем он тебе прямо сейчас?
— Сегодня Рождество, — невозмутимо откликнулся Ланг и прицелился. — А я без подарка.
— Да не нужен он мне! — воскликнула Рене, но тут раздалась равномерная очередь хлопков, а следом за ней оглушительный лязг свалившихся банок. Первый ряд опустел, и Энтони слегка повернул голову.
— А кто сказал, что тебе? Может быть, я собираю коллекцию из бобров. — Новую серию из семи выстрелов перекрыл грохот падающих мишеней, а Ланг опять щелкнул по прицелу. — Открою потом музей. Приглашу репортеров с пятого канала, что ведут передачу о всяких старьевщиках. И прославлюсь на всю страну. К черту унылую хирургию!
Провозгласив еретический лозунг, он сбил последний ряд и демонстративно швырнул винтовку на стол.
— В конце концов, это точно лучше, чем спасение неблагодарных людских жизней, — хмыкнул Ланг, а потом с кривой усмешкой забрал у удивленного продавца нечто среднее между облезлой крысой и карликовой росомахой. Попробовав на ощупь огромные плюшевые зубы уродца и подкрутив редкие усы, он протянул Рене животное. Добытчик, чтоб ему было пусто… — С Рождеством.
«Whatever I said, whatever I did I didn't mean it
I just want you back for good.»[73]
Рене невоспитанно проигнорировала поздравление.
— А ты ждешь каких-то наград за свою работу? Разве сам факт спасения не стимул продолжать? — растерянно спросила она и машинально забрала бобра. Замерзшие пальцы инстинктивно зарылись в синтетический мех.
— Первые два года — быть может, а потом у тебя на столе кто-нибудь умирает, и ты познаешь всю систему без прикрас. Увы, но после нескольких огромных штрафов весь налет романтизма улетучивается. Остается лишь протокол и постоянный страх ошибиться. Любой шаг в сторону здесь карается слишком больно, даже если попытка кажется оправданной. — Энтони пожал плечами, поднял воротник пальто и двинулся дальше вдоль закрытых кафе.
— Но сам ты рискуешь! — не удержалась от восклицания Рене. — Берешь безнадежных… порой плюешь на все руководства…
— Потому что так интересней.
Она подавилась холодным воздухом и закашлялась, схватившись за очередную наряженную елку около светившегося огоньками входа. Но искусственное дерево вдруг пошатнулось, а затем пластиковые игрушки с шорохом полетели на землю. Черт. Из груди Рене вырвался длинный вздох безнадежности. Быстро осмотрев причиненный ущерб, она ногой спихнула блестящие шары под разлапистые ветки и поспешила за ничего не заметившим Энтони. Ноги вязли в рыхлом снегу, но Рене торопливо месила сугробы, хотя сердце уже гулко бухало в грудной клетке. Видимо, не впечатлившись красотами улочки, Тони повернул обратно и теперь они шли в сторону старого бастиона. Здесь уже было совсем не празднично, впереди чернели незамерзшие воды Лаврентия, и откуда дул противный сырой ветер. Рене зябко передернула плечами.
73
Take That — 'Back for Good'