Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

— И на каких же основаниях ты к такому заключению пришел, командир? — недоуменно спросил Бондарев, в его глазах горел азарт, человек был явно в своей стихии.

— Насколько я понимаю, у нашего снабженца в городе есть кое-какое имущество? — ответил я вопросом на вопрос.

Мне ответила Бланш:

— Конечно! У него очень даже приличный особняк, не говоря уже о солидном счете в банке.

— А, кроме того, немало изделий из драгоценных металлов и камушков — добавил Бергман. — Он сам мне ими хвастался, говоря, что это самый надежный и удобный способ хранения средств.

— Налетчики тоже платили ему алмазами, и вряд ли он хранил их в банке…, - задумчиво сказал я. — Вот и подумайте над этим.

— Ты считаешь, что пираты во время штурма Мюнстера будут грабить дом своего человека?! — первым понял мою мысль Фосетт.

— А почему нет? Насколько я понял характер этого Блека, он не будет щадить никого на пути к намеченной цели. А Шпильман… Фактически для пиратов он все равно уже отработанный материал. Я не верю, что информация, которую здесь можно получить о каких-нибудь торговых операциях, имеет какую-то особую важность, а о самом Бадене в Оберонской Конфедерации знают уже все, что только нужно. А особняк Шпильмана из-за его богатства действительно лакомая добыча… Но даже если допустить, что его «партнеры» собираются обойтись с ним честно, то ему самому такой налет должен быть как нож в сердце, ведь он в любом случае может потерять все.

— А, пожалуй, ты и прав, командир, — признал Бондарев.

Остальные потребовали объяснений, которыми на этот раз занялся Антон, дав мне возможность глотнуть кофе, чтобы смочить пересохшее горло.

— Понимаете, — начал наш начальник службы безопасности, — ведь налет неминуемо разорит нашего снабженца. Он не смог бы закрыть свой счет в банке непосредственно перед налетом, так как это выглядело бы крайне подозрительно, как и то, что его дом уцелеет на фоне окружающих развалин. Все это Шпильмана, в конце концов, разоблачило бы.

— А разве он не мог убраться вместе с пиратами? — недоуменно спросила Анжела.

Мы с Бондаревым переглянулись, и я снова взял слово:

— Мог бы, только ты ведь сама слышала Нильсдоттир. То ли в Конфедерации что-то произошло, то ли Блека просто послали на верную смерть, когда он стал неугоден, но, в любом случае, надежды на возврат «прыгуна» почти нет. Но даже если бы корабль пришел… Ты бы сама очень хотела отправиться в чужой мир, где царит диктатура, да еще в компании отпетых мерзавцев, большинство из которых будут только и мечтать о том, как бы прикончить тебя и присвоить твои немалые денежки?

— Не очень…

— Вот именно. Нет, если Шпильман и мечтает убраться с Бадена, то лишь куда-нибудь в тихое тепленькое местечко, где он сможет без помех тратить накопленные средства, да и зарабатывать новые. Так что, полагаю, наше предложение должно прийтись ему по вкусу.