Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Скорее, шары для боулинга, — пробормотал Снейп. — Баклажаны не бывают такими круглыми.

— Идём отсюда, — Гарри схватил его за руку, и они вылетели наружу.

— Хочешь её? — спрашивал он, пока они чуть ли не бегом мчались по улице. Пар вылетал у Гарри изо рта. — Кто она? Праздничный торт и крутые сиськи вместо крема? Или Нарцисса тебя привлекает сильнее? Тощая селёдка с кинзой? Или лучше молодая, жареная на курортном солнышке курочка?

— Я не обязан вам ничего объяснять, чёрт побери, — тяжело дыша и едва поспевая за Гарри, проговорил Снейп. — Вам плевать, что вы слышите от меня «нет».

— Тебя волнует ориентация? Ты не против геев, но точно не хотел бы сам оказаться в их рядах?

— Не в этом дело.

— А в чём?

Снейп остановился и остановил Гарри.

— Если мужчину не возбуждает ваш член, вы ничего с этим не сделаете, — зашипел он, оглядываясь по сторонам. Он вцепился Гарри в плечи и тряхнул. — Но дело даже не в физиологии, а в том, что вы невыносимы! Вы наглый, безмозглый мальчишка, набитый фашистскими взглядами! Вы мразь и негодяй! У вас нет никакого понятия о сострадании, о морали, о нравственности! Вы как будто сбежали из первобытного общества и не имеете представления об истории человечества! Вы хуже дикаря, хуже зверя! Тот хотя бы жрёт только потому, что голоден, а не потому, что ему нехрен делать, и он решил мимоходом растоптать то, что ему попалось на пути! Я вас презираю! Вы чудовище! Всё, что вас интересует, — власть! Вы не имеете представления о любви! Вы не имеете права даже произносить это слово вашим грязным языком! Посмотрите: кто вы и кто я! — закричал он. Казалось, его всего трясло от злости. Глаза Снейпа потемнели ещё сильнее, а на его лице явственно читалось отвращение. — У нас нет ничего общего. И на этом я считаю разговор оконченным.

Снейп отшвырнул его от себя и пошёл вперёд по улице.

Гарри побледнел как смерть. Он не нашёлся что сказать. У него отнялся язык, горели щёки, казалось, что он сейчас умрёт не то от стыда, не то от боли. Горечь подступила к горлу. Он отошёл под навес какого-то магазина и прислонился к стене. Голова закружилась, его затошнило. Гарри изо всех сил ударил кулаком в стену, полный какого-то дикого, неуправляемого мучения. Ему нужно было закричать или заплакать, но ни слёз, ни голоса не было. Он открыл глаза. На Лондон давно опустилась ночь. Огни вывесок и фонарей ослепили Гарри и расплылись. Он вдруг спрятал лицо в руках, пытаясь укрыться от окружающего мира, но через минуту вылез из-под вывески и потащился вслед за Снейпом. Профессору всё ещё нужна была охрана, и оставлять его одного на улице было не лучшей идеей. Плетясь поодаль за Снейпом по улице и глядя ему в спину, Гарри подбирал какие-то слова, но ничего не находилось.

Гарри догнал Снейпа и пошёл рядом.

Следующая харчевня тоже оказалась забита, хотя ни Гарри, ни Снейпу уже не хотелось есть. Тогда Гарри из принципа протолкался на кухню ресторана и, приплатив повару, получил в своё распоряжение большую сумку с едой и бутылку вина.