Начало Руси. 750–1200

По технике строительства и по форме большие деревянные дома с очагами, находящимися в центре, не отличаются от тех, которые строились в поселениях безусловно финно-угорского происхождения, но они могут быть и скандинавскими сооружениями, а полное отсутствие среди находок в страте VIII и раннего IX столетий украшений или инструментов, которые можно считать финскими, поистине поразительно. Туземным населением окружающих земель были финно-угры, но население здесь было очень редким. Таким образом, основателями Старой Ладоги были иноземцы, и, вероятно, только иноземцы. Это наиболее ясно подтверждается находками кожаной обуви, гребней и других личных вещей, характерных для жителей Скандинавии. Гребни находят, начиная с нижней подстраты. Они, как полагают, были сделаны странствующими ремесленниками. Самые ранние из типов гребней, скорее всего, были доставлены в Ладогу их владельцами или изготовлены на месте: они не являлись предметами торгового обмена или обмена подарками. Гребни были у большинства взрослых скандинавов обоего пола, и они часто расчесывали ими волосы. Гребни ценились и определенным образом украшались, но они не были предметом роскоши. Глиняные кувшины с декоративными вставками из олова, известные в науке как особый тип («Татингер»), которые производились где-то в государстве франков, также были найдены в Старой Ладоге. Они встречаются и в других торговых поселениях в районе Балтийского моря. Поскольку в Старой Ладоге найдены инструменты скандинавского типа и скандинавские же изделия для повседневной жизни, вполне очевидно, что первые жители этого местечка были скандинавами. Впрочем, они не были единственной этнической группой в Старой Ладоге на первых этапах ее существования: там появлялись и бал ты.[12] В этом суровом и необитаемом месте должна была в середине VIII в. развернуться какая-то деятельность или появиться нечто привлекательное, вызвавшее интерес к Старой Ладоге целого конгломерата людей. Что же это было такое?

Мы получим ответ, если выстроим перечисленные три новации в прямую линию как причину и следствие. Возникновение Старой Ладоги может рассматриваться как следствие притока серебряных дирхемов на северо-запад, а этот приток, в свою очередь, можно считать следствием менее воинственной политики Аббасидов и того, что они чеканили дирхемы в огромном количестве. Действительно, приток дирхемов на север, всего вероятнее, является побочным эффектом прихода к власти Аббасидов и их активного покровительства торговле. Самым ранним из кладов, обнаруженных на севере по сей день, является клад с наиболее молодой монетой, датирующейся 786–787 гг. Это позволяет предположить, что обмены между Ближним Востоком и далеким северо-западом начались или возобновились вскоре после того, как утихла война между хазарами и арабами. Местонахождением названного клада является все та же Старая Ладога, и это — не игра случая. Другой, как кажется, нетронутый клад, содержащий самую молодую дирхему 808 г., был найден к югу от Старой Ладоги. Еще важнее, что восточные монеты были найдены при раскопках этого поселения на месте двух, возведенных последовательно одна над другой деревянных построек в основании «горизонта Е3». Таким образом, серебряные монеты с Ближнего Востока находились во владении жителей Старой Ладоги с начала ее застройки, в них-то, в конечном счете, и заключался raison d'etre этого поселения. Это означает, что новые партии чеканившихся Аббасидами серебряных монет достигали балтийских берегов в течение нескольких лет. Впрочем, мы не можем быть уверены в том, что торговля между Ближним Востоком и пушными районами к северу от Камы когда-либо полностью прекращалась. Ведь на Аландских островах существовало скандинавское поселение, и шведы, возможно, продолжали после VI в. предпринимать походы к Ладожскому озеру для охоты и обмена товарами. Они могли также быть посредниками в связях между арктическим севером и Англией англо-саксов: в конце VIII в. моржовая кость использовалась англо-саксами для резьбы. Если перемещение населения северной лесной зоны вдоль долин крупных рек происходило более или менее непрерывно, вести о новых торговцах, везущих серебро из мусульманского мира на юге, могли распространяться довольно быстро. То, что серебро могло быстро передвигаться между Ближним Востоком и северо-западом, показывает последовательность захоронения монет в разных археологических пластах Старой Ладоги. Серебряная монета, отчеканенная в Табаристане в 783 г., была найдена в сооружении, возведенном на месте другой постройки, в которой найдена более ранняя табаристанская монета, выпущенная в 768 г.[13] Серебро — не единственный товар внешнего происхождения, который находят в самой ранней подстрате Старой Ладоги. Янтарь, вероятнее всего, с южного и юго-восточного побережья Балтийского моря, попадается в виде маленьких украшений, а также в качестве необработанного сырья.