Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Затем следует изложение истории ранней римской конституции399. Хотя дела Ромула и его преемников не были вполне идеальными, установленные ими законы не препятствовали vivere libero400. Когда цари обратились к тирании, – читатель, знакомый с циклической теорией Полибия, отметит, что это обычный пример упадка, следующего за несовершенным правлением, – еще многое требовалось для установления свободы. Поэтому власть царей не кончилась с изгнанием Тарквиния, а сохранилась в форме консульства, и ее представители делили теперь места в Сенате со знатью. Когда аристократы, в свою очередь, приобрели склонность к пороку и высокомерию, не было необходимости разрушать всю систему правления, дабы контролировать их власть. Она уже была до некоторой степени ограничена консулами. Народные трибуны появились, чтобы придать вес голосу масс, и Рим превратился в смешанное и «совершенное» общество, где каждый из трех элементов мог удержать другие от крайностей401.

Из этого не вполне кристально ясного рассказа очевидно, что решающий шаг был сделан рано и связан с учреждением консульства и изгнанием царей. Макиавелли не уточняет причин этой меры, хотя он мог связывать ее со страхом перед возвращением Тарквиниев. По его словам, пока существовал страх, аристократия вела себя сдержанно по отношению к народу402. Акцент ставится на утверждении, что римские законы подходили для свободного устройства еще до того, как Рим стал свободным городом. Таким образом Ромул и его преемники внесли свой вклад в законодательство. Макиавелли спорит с теми – например, с Гвиччардини, – кто полагает, что Рим – республика, которой внутренне присуща предрасположенность к беспорядку и которую от гибели спасли лишь милость судьбы и необычайная военная доблесть. Их ошибка, говорит он, в склонности забывать, что там, где хорошо организовано военное дело, должны быть и хорошие законы, а там, где есть buoni ordini403 и buona milizia404, почти наверняка будет и buona fortuna405. Кроме того, хорошие законы способствуют buona educazione406, на что в случае Рима указывает относительно бескровный характер борьбы между сословиями – по крайней мере до эпохи Гракхов – и сравнительная легкость, с какой те или другие шли на уступки407. Плебеи подкрепляли свои требования, устраивая демонстрации, закрывая лавки, отказываясь от воинской службы и покидая город. Однако ни один из этих способов не является столь разрушительным, каким может показаться на первый взгляд. Республика, желающая использовать свой народ, – эта фраза в зародыше содержит следующий этап анализа – должна позволить ему выражать свои устремления408, которые у свободных народов редко представляют опасность для свободы. Такой народ боится лишь угнетения и способен понять, когда его страхи напрасны409.