Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— «Мерседес», цвет графит-металлик. Вот номер. Если вы проверите, кому он принадлежит… Возможно, я преувеличиваю, но надеюсь — нет, и кое-кто будет признателен кое-кому. Или вы мне, или я вам.

— А почему я должен его проверять?

— Подозрительный.

— Чем подозрительный? Слушаю вас.

Я оторвала клочок от какой-то бумаги на столе, переписала номер и вручила его инспектору. Затем коротко рассказала о случившемся на улице Винни-Пуха. Всего сказать я не имела права, но надо было как-то увязать концы с концами.

Итак, я оказалась на улице Винни-Пуха, потому что там живет моя давняя знакомая Кшися Годлевская, врач-дерматолог. И видела, как из квартиры ее пациента, которого я знаю в лицо, вышел незнакомый мужчина. Десять минут назад он был тяжело болен, видимо ангина, — я его видела в домашнем халате и с компрессом на шее, — а тут живой и здоровый, без всякого компресса, прошествовал в машину и укатил. Дело явно нечисто.

— Как его зовут?

— Не знаю. Поэтому и попросила вас узнать.

— Нет, я имею в виду пациента пани Годлевской.

Тут мне следовало бы тоже сразу сказать — не знаю. Не помню. Но проклятый телефонный звонок Седляка выбил меня из равновесия.

— Только прошу вас не начинать огород городить, — улыбнулся Гурский, пряча листок в карман. — Я же вижу — собираетесь.

— Ступеньский, — пришлось мне сознаться. — Флориан Ступеньский.

— Итак, вы его знаете… И кто он?

С трудом удержалась от кретинского вопроса — откуда он знает, что я его знаю? Раз двери квартиры открыл не хозяин, значит, хозяин мне известен.