Дарвиновская революция

В каком-то смысле (если особо не углубляться в этот предмет) чтения Мальтуса было бы вполне достаточно. Дарвин получил все, что ему было нужно. Мальтус показал, что различия между числом выживших и воспроизводством себе подобных обусловлены отчаянной борьбой за выживание. Для того чтобы выжить, организму необходимо иметь адаптивное преимущество не только перед представителями других видов, но и перед представителями собственного вида (Форциммер, 1969). Дарвин сумел связать это с тем, что ему уже было известно об отборе, – а это требует того самого дифференцированного воспроизводства, которое достигается в борьбе за существование, – и понял к тому же, что адаптивное преимущество организма перед другими организмами невозможно выявить вне контекста этой борьбы. Адаптация – это функциональная особенность организмов, сумевших выжить. Выжить любой ценой – вот главная задача. Так родилась идея естественного отбора как механизма эволюции. Из многих организмов выживают лишь некоторые и выживают потому, что они обладают полезными признаками, которых нет у обреченных на вымирание. Как позже писал Дарвин, «здесь, наконец, я получил в руки теорию, с которой можно было двигаться дальше» (Дарвин, 1969, с. 120). И вскоре после этого (27 ноября 1838 года), ссылаясь на свой механизм, он объясняет причину изменений следующим образом: «Привычное действие должно тем или иным образом воздействовать на мозг, вследствие чего оно может передаваться по наследству, – по аналогии с кузнецом, у которого рождаются дети с большой силой в руках. – Эти дети, которым выпал шанс родиться с сильными руками, что позволяет им выжить в борьбе со слабыми, наделены иным принципом, а он-то, видимо, и отвечает за формирование инстинктов, не зависящих от привычек» (Грубер и Баррет, 1974, N, с. 42).