Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Подельников своих сдал, а заказчика — нет. Не успел, — сообщила она сходу. — Грюм его сывороткой ширнул, мужик покайфовал, поболтал и умер. Врачи сказали: бездомный — сердце слабое. Тех двоих, что с парковки сбежали, Грюм уже нашёл и взял. Один отсидел за мелкий грабёж, другой — тоже бродяга. Поманили на лакомый кусок.

— Что хотели?

— Приказ был задержать тебя и твоих спутников. Нападавшим показали твою фотографию.

— Где фотография?

— Им её не отдали, но, судя по описанию, тебя сфотографировали у казино в тот день, когда украли скрипку.

— Поехали скорее, — решил Гарри.

Гермиона привезла его на заброшенную стройку на окраине города. Брезгливо приподнимая ноги, Гарри пытался стряхнуть с новой пары туфель комья прилипшей грязи, но занятие это было бесполезным. Было очевидно, что пора обзаводиться армейскими ботинками или другой, подходящей для полного бездорожья обувью.

Обходя балки, кирпичи, мешки с затвердевшим цементом и прочий строительный мусор, они вышли к полуразрушенной лестнице в подвал. Гарри услышал лай собак, чей-то внезапный крик, а потом тихие голоса.

В подвале Гарри увидел Хагрида, гладившего пару своих собак: откормленного ротвейлера и немецкую овчарку с пушистыми, остроконечными ушами. Овчарка лизала Хагриду чем-то выпачканную мясистую ладонь. В свете тусклой красноватой лампочки Гарри не сразу понял, что это кровь.

Он отвернулся и пошёл дальше. Откинув тряпицу, прикрывающую вход в следующее помещение, Гарри увидел Грюма, сидевшего у металлической пружинной кровати без матраца. На кровати лежал человек с закатившимися глазами и что-то лопотал. В углу, на стуле сидел другой, привязанный, с разбитым и обожженным лицом. Рядом, на колченогом столе, лежал полиэтиленовый пакет и паяльник. Привязанный округлившимися глазами смотрел на стол и тоже бормотал. Прислушавшись, Гарри услышал одну фразу:

— Я всё скажу.

Пока Грюм вёл импровизированный допрос, Гарри стоял прямой, как палка. Лицо его было ровным и спокойным. Он не сказал ни слова до самого конца. Но говорить особо было не о чем: ни тот, ни другой заказчика не знали и получили предложение от того, которого Гарри пристрелил ещё на парковке.

Недовольный, Грюм встал, потыкав пальцем в лежавшего.

— Можно кончать обоих, — сказал он с досадой. — Похоже, они и вправду ничего не знают.

Гарри кивнул и, развернувшись, размеренным шагом вышел из подвала, напоследок услышав просящие интонации того, что был привязан к стулу. Послышался выстрел. Затем второй.

На улице было темно, но с неба валил крупными хлопьями снег. Он тут же таял, размывая и без того склизкую грязь. Ледяной ветер пронизывал до самых костей. Зима пришла в Англию значительно раньше срока.

Гарри стоял у машины, жадно вдыхая холодный воздух. Подошла Гермиона.

— Домой, — выговорил Гарри бесстрастно, садясь в автомобиль. Гермиона знала, когда Гарри не желал разговаривать, поэтому всю дорогу они ехали молча.

Поднявшись в тёплую квартиру, Гарри, грязный и замерзший, вытаскивая из-за пояса пистолет, остановился на пороге. В гостиной, сидя на диване, читал Снейп. Держал в руках толстую коричневую книгу с замусоленными страницами. Свет повсюду был потушен, только рядом со Снейпом горел торшер, и гостиная озарялась слабым, желтоватым светом.