Самая настоящая Золушка

Глава шестьдесят первая:

Катя

Утро очень темно-серое, мрачное, низкое и тихое.

Мы с Кириллом стоим на крыльце клиники, оба смотрим в нависающее над нами небо, на набухшие от снега сизые тучи.

Наши плечи едва соприкасаются, но даже через одежду я чувствую его тепло и поддержку.

Как бы странно это не звучало.

Сейчас у каждого из нас есть дела: Кириллу нужно снова ехать в офис и пытаться отбить назад то, что успело уйти, когда Лиза объявила его невменяемым, а мне нужно позаботиться о похоронах отца.

Я решила, что буду считать его отцом. В большей степени потому что хочу быть в мире с собой, но и трусливо надеясь, что пройдет какое-то время — часть истории канет в лету, и останется только то, что нравится даже хорошей Кате: светлая добрая история о том, как в моей жизни появился человек, любивший меня искренне и бескорыстно.

— Мне нужно ехать, — скупо бросает Кирилл и ставить ноги на ступеньки.

— Ты ни в чем не виноват, — говорю в его затылок.

Ворот его пальто поднят достаточно высоко, но я все равно хорошо вижу короткие росчерки чернильных штрихов на коже, которые там, на спине, превращаются в настоящий лабиринт. Вся моя жизнь — оттиск на коже этого мужчины. Ирония судьбы. Он всегда говорил, что это — хитросплетения его больной головы, а на самом деле это всегда была моя история и моя судьба.

— Я не узнал тебя, — Кирилл не поворачивает голову. И бессмысленно пытаться перетянуть его внимание. — Она пришла ко мне, и я был уверен, что это — ты. Я всегда думал, что никогда не забуду и ни с кем не перепутаю именно твое лицо. Что ты для меня особенная, раз я тебя люблю. Но я все равно тебя не узнал.

— А я была уверена, что хороший человек и искренне тебя люблю. А оказалось, что искренне я любила только деньги и желание получить их побольше неважно какими способами. Можешь поверить, Принц, что это намного хуже хотя бы потому, что ты родился моим особенным человеком, а я такой стала абсолютно добровольно.

Я малодушна до безобразия и отвращения, но мне хочется, чтобы произошло чудо, и Кирилл хотя бы на минуту стал простым человеком. Чтобы он подошел ко мне, крепко и без подавления боли обнял, поцеловал, сказал банальные вещи, вроде «давай начнем все заново» и «ты всегда будешь мне нужна» или «мне не за что тебя прощать, Золушка».

— Я пришлю за тобой машину, Катя. Не нужно на такси. В твоем положении лучше не пользоваться общественным транспортом.

Снова набор сухих фраз. Снова откат на недели назад.

Кирилл спускается к подножью лестницы и, помедлив немного, идет к машине.

Еще верю, что оглянется, даже когда с тихим стуком захлопывается дверца — и его большой внедорожник скрывается из виду.