Cудьба [litres]

Этот поход принес еще одну большую пользу. Во время трекинга вокруг Аннапурны я бросил курить. Я курил со времен старшей школы. Вообще-то я должен был бросить еще когда начал работу в Голубом доме, если следовать правилу, согласно которому во всех общественных зданиях курение запрещено. Но я этого так и не сделал. Более того, я тогда впервые выкурил сигарету вместе с президентом, хотя из-за этого было неловко, так как это противоречит этикету. Но президент сам предложил закурить. Он сказал: «Старший секретарь Мун, дай мне, пожалуйста, сигарету», – и взял у меня сигарету, поэтому вариантов не закурить вместе с ним у меня не было. К тому же президент часто слышал упреки со стороны своей супруги по поводу курения. Я всегда думал, что бросить курить – это единственно верное решение, но пока я работал в Голубом доме, бросить курить у меня не получалось. Да что говорить, я всю жизнь курил максимум полпачки в день, а во время работы в Голубом доме я выкуривал больше целой пачки.

Момент, когда я особенно остро почувствовал необходимость бросить курить, наступил, когда я увлекся подводным плаванием. Сначала мы занимались им вместе с супругой, и я заметил, что трубка от маски моей жены после нескольких месяцев выглядела как новая. А моя трубка всего после пары месяцев использования вся пожелтела от никотина. Ко мне пришло осознание, что я выдыхаю никотин не только во время курения, но и просто когда дышу – он уже смешался с моим дыханием, то есть, просто выдыхая воздух в обычное время, я выдыхаю никотин. С того момента я твердо решил завязать с курением. И наконец мне это удалось во время трекинга вокруг Аннапурны.

Я выкуривал одну сигаретку во время отдыха после преодоления сложной горной тропы, наслаждаясь прекрасным видом. И стыдно признаться, но в эти моменты я больше всего наслаждался курением. Однако воздух был настолько чист, что, выдыхая сигаретный дым, я чувствовал, будто совершаю преступление. Я не уверен, но возможно, что к общей нагрузке во время трекинга добавился еще и абстинентный синдром. Как бы там ни было, тогда я бросил курить.

Когда я говорю о Гималаях, все спрашивают про горную болезнь. Я не могу ничего сказать про восхождения профессиональных альпинистов на высоту 8000 метров, но, по моему опыту, если подниматься на доступную обычным людям высоту, то можно с легкостью адаптироваться, если идти медленно. Горная болезнь обычно ощущается уже на высоте более 3000 метров над уровнем моря. Это происходит, если подниматься с большой скоростью – неважно, на машине, самолете или же пешком. Поэтому если посмотреть на пояснения к маршруту для европейцев, то вы увидите, что маршрут построен так, чтобы подниматься очень медленно, проходя пешком все выделенные вехи в Гималаях.