Парламентская Фронда: Франция, 1643–1653

На другой день, 1 сентября, парламент рассматривал вопрос о выплатах по рентам Ратуши. Принятое постановление отличалось умеренностью: выделение специального, неприкосновенного фонда для этой цели и так предусматривалось королевской декларацией 31 июля. Парламентарии решились было просить о полном, неурезанном производстве этих выплат, но тут же сделали оговорку, что если это невозможно, то пусть по крайней мере платят 50 или 62,5 % от нормы, в зависимости от фонда доходов (эти цифры содержались и в 7 ст. предложений ПСЛ)[555].

Бруссель попытался обеспечить полную оплату хотя бы одного разряда рент, а именно приписанных к сборам с духовенства, дойдя даже до предложения «налагать секвестр на мирское имущество духовных лиц», но его мнение не получило поддержки коллег, влияние «отца народа» было уже не то, что четыре дня назад[556].

Когда же другой парламентарии предложил начать процесс против финансистов, бывших инициаторами урезания выплат по рентам, ассигнованным на их откупы (т. е. поступить с ними так же, как и с тремя финансистами, виновными в урезании жалованья оффисье), то его предложение было отклонено 68 голосами против 47, чаша весов склонилась на сторону умеренных[557].

3 сентября парламент представил королеве ремонстрации по уже обсужденным положениям декларации 31 июля. Возглавлявший его депутацию Моле высказал несколько просьб[558]. По вопросу о размерах жалованья оффисье первый президент не стал, вопреки боевому парламентскому постановлению от 22 августа, требовать его полной выплаты; по одним источникам (дневник Дюбюиссона-Обнэ, «Мемуары» Моле) он ограничился общей формулировкой: «Пусть жалованье будет возвращено всем оффисье Франции», а по другим (д'Ормессон, «Журнал парламента») даже сам просил о выплате хотя бы половины жалованья. Анна согласилась с выплатой этих 50 %, начиная с 1649 г. (по декларации 31 июля предполагалось, что это произойдет только в 1650 г.).

Моле просил определить размеры платежей по рентам ратуши в соответствии с постановлением парламента от 1 сентября; по изложенному в его «Мемуарах» ответу королевы, она согласилась с выплатой 62,5 % по тем рентам, для которых такая норма была установлена парламентом, но для всех прочих дала вместо 50 % только 25%[559].

Парламент не мог не повторить своего постоянного, неоднократно отвергавшегося пожелания о сокращении тальи за 1647–1649 гг. на 25 %, причем это сокращение должно было исчисляться (вопреки декларации 31 июля) от размера тальи брутто, а не нетто, что увеличивало его примерно с 8 до 12 млн л. Удовлетворение этой просьбы было объявлено невозможным.

Наконец, Моле, поблагодарив регентшу за дарование льготных условий возобновления полетты верховным судам, просил ее распространить это благодеяние на всех оффисье королевства. Королева изъявила на это свое согласие, и тем самым был окончательно закрыт вопрос, волновавший французских оффисье с самого начала 1648 г. и сплачивавший их между собою.