Чернобог (СИ)

— Приведи мне их, — Саша надвинулась на Тимофея и грозно сверкнула карими глазами.

Тем же вечером он забрал духов и отправился на задание. Он привёл их ей. Всю восьмёрку, поочерёдно. Отловил и доставил живыми. Он думал, что этого будет достаточно для крещения, но Саша знала — нет. Она отвезла его с собой в заглядовский ангар.

Тим жмурился и старался не смотреть с каким зверством беременная женщина уничтожает своих врагов, с каким наслаждением мстит за мужа. Он не сказал ей ни слова поперёк, не возразил, не дёрнулся. Он знал, что так надо. Что без таких вот ублюдков мир станет чище. Однако и это было не всё.

— Бери меч, — последовал приказ, и Тим, застывший, как ледяная глыба, в углу ангара, резко обернулся. Но опять же, противиться не стал. Вынул погнутое оружие из ножен. Саша уже знала, им мелкий чернобог на полном лету раскроил автомобиль одного из преступников.

— Иди сюда.

Тим приблизился к Яхонтовой. В глазах его читалась решимость. Он отлично понимал, что его сейчас прикажут сделать.

— Убей его, — ладонь с синим перстнем указала на последнего ахтышца, скулящего в страхе у алой от крови стены.

Всего лишь кивок головой. Ни писка, ни противления, ни просьб о том, чтобы врага добила Саша. Да, Тим и вправду вознамерился стать великолепным козырем в руках Яхонтовой. Точный взмах мечом, брызги тёплой крови на Сашином лице и сладкое торжество возмездия. Всё. Она отомстила за Давида. Саша облизнула губы и зло, безумно расхохоталась. Сладкий миг осуществления давней мечты и благодарность за это, конечно же, должен получить Тим.

Яхонтова приблизилась к чернобогу, извлекла из его дрожащих пальцев покривившийся меч и обтерла подолом платья.

— Пожалуй, мы сможем его починить, — невозмутимо, будто ангар не был полон расчленённых и развеянных трупов, рассудила Саша. — Мелкий, спасибо тебе.

— Не за что, — одними губами прошептал Тим. Она взяла его за подбородок, с интересом вгляделась в резко возмужавшее лицо и, приняв ещё одно сумасбродное решение, увлажнила поцелуем горячие губы. Тим опешил от внезапной ласки, а Яхонтова, смеясь, спросила:

— Ты был когда-нибудь с женщиной?

Тим помотал головой.

— Хочешь, я научу тебя любви?

Он покосился на её живот.

— А… Тебе разве можно?

— Нужно.

— Ни надежды, ни веры не надо нам, нам тревога родная сестра. Я запомнила все имена героев, гордость их, честь и страсть – но в конце им останется страх.

Кем бы они ни были, какой бы силой ни обладали, в конце им всегда оставался страх, когда по их души являлся рыцарь, облачённый в сумрак. Но и Подпись нашла на камень. Гладя голову Тима на своих коленях, Саша болезненно усмехнулась. Двадцать три года. Красивый, влюблённый парень с чистой, как северный лёд, душой. Ему бы жить и жить. По костяному браслету на измазанной кровью руке скользили отсветы проносящихся мимо фонарей. Такой же точно Яхонтова видела сегодня на запястье Светы, отчаянной падчерицы дича, которой, вдобавок, задонатил сердце её супербой.

Карман скафа Борзого завибрировал голубым огоньком телефона. Чтобы не тревожить Тима, Саша выудила мобильник и скривилась: сыну звонила Настя.

«Почуяла беду, надо же, — пришла догадка. — Вот что значит мать».

Илья опытен и хитёр. Смел. Точен. Фанатичен. Он, как и Тим, готов на всё ради защиты того, что ему дорого.

«Дич рипнёт его, — сжалось болью сердце. — Рипнёт к Велесу. До какой степени может дойти моё желание добиться своего? И, будем честны, не пора ли бэкануть, пока не пришлось мстить за Борзого?»

«Деньги не вернут вам близких», — прозвучал чистым виджи-панчем звонкий голосок в голове.

Как же она права.

Саша отложила телефон Тима в чехол переднего сиденья. Мелкий потом сам перезвонит Столетовой и объяснит что-нибудь. Яркие губы тихонько коснулись бледного лба.

— Вся руда мира и все его сокровища не стоят твоей жизни, душа моя, — шепнула Саша. — Ты служил мне верой и правдой. Я отплачу тебе добром. Пусть это и обойдётся «ГосПару» в миллиарды убытков.

Пальцы отыскали другой, собственный телефон. Нужные слова найдутся потом, при встрече. А в том, что эта встреча необходима, Яхонтова уже не сомневалась.

— Привет, Саша, — как ни в чём ни бывало отозвался нежный и, как показалось, торжествующий голос.

— Привет, — усмирив внутреннюю дрожь, тихо дохнула Яхонтова.

— Как прошёл Шабаш? — тон Ильи стал издевательским.

— Сногсшибательно, — нашла в себе силы сострить Саша.

— Я очень рад, что тебе понравилось, — засмеялся в трубку Илья. — Как Борзой?

— Как обычно, — соврала Яхонтова, всматриваясь в бледные, тронутые болью черты бесчувственного Тима. — Сам как?

— Так же.

При этих словах Сашино сердце скакнуло к горлу, и она тут же поняла Столетову. Зажмурилась, гадая, насколько сильно пострадал в схватке Илья.

— Саша, — позвал Айвазов, когда молчание Яхонтовой чересчур затянулось, и та вздрогнула. — Хочешь, увидимся? Послезавтра. Погуляем по Люжану. Посмотрим старину, выпьем вина за мою победу.

Тут стальные нервы заместителя Вия Балясны чуть не сдали, она даже забыла, что сама звонит Илье с тем же предложением.

— Бл##ь, дич, — прошипела Саша в трубку. — Ты чё, реально решил, что после всех твоих шоу я всё ещё готова тебе дать?!