Друзья и недруги. Том 1

– Куда уж хуже? Ладно, пусть принесут такого вина, как он сказал. Только поторопитесь!

– Что с ним? – спросил аббат в аптечной комнате, где Робин выбирал нужные лекарства и складывал флаконы и пучки сушеных трав в корзину.

Они были вдвоем, дверь аббат предусмотрительно запер, но все равно понижал голос до шепота, говоря о короле. Робин не удосужился последовать его примеру и, не прерывая своего занятия, ответил обычным тоном:

– Воспаление в заднем проходе, причем довольно давнее. От скачки верхом обострилось, и, думаю, не сегодня, а несколько дней назад. Сегодня он просто свалился.

– И ты справишься с этим?

Робин пожал плечами:

– Я облегчу ему боль и сниму жар, но, чтобы излечиться полностью, он должен месяц, а то и два оставаться в постели, не пить крепких и сладких вин, к которым имеет пристрастие, судя по его лицу и фигуре, не есть пряной и жирной пищи.

– Король Генрих в постели целый месяц! – хмыкнул аббат.

– Вот и я о том же, – усмехнулся Робин. – Поэтому излечить его окончательно мне не удастся.

Вернувшись в покои аббата, он увидел, что король лежит в постели, переодетый в ночную рубашку, а возле него остался только сын-бастард.

– Я отправил Маршала спать, – буркнул король. – Иди и ты, Жоффруа.

Тот попытался возразить:

– Вдруг брату-травнику понадобится помощь?

Генрих в ответ яростно сверкнул глазами:

– Твоя помощь никому не понадобится! Перевернуться на бок или живот я еще в силах. Отправляйся в постель! Завтра отправимся в путь, как только отслужат утреннюю мессу.

– Отец! – воскликнул Жоффруа.

– Оставь меня! – прорычал Генрих.

Жоффруа ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться. Все то время, которое понадобилось Генриху, чтобы выпроводить сына, Робин был занят приготовлением травяного отвара, сбивающего жар. Едва за Жоффруа закрылась дверь, как Генрих уперся тяжелым взглядом в Робина. Тот почувствовал взгляд короля, но продолжал молча заниматься своим делом.

– Сними капюшон! – вдруг потребовал Генрих.

Робин тряхнул головой, сбрасывая капюшон, повернулся к королю и посмотрел на него невозмутимыми глазами.

– Неудивительно, что я принял живого за призрак, – пробормотал король, разглядывая неподвижно застывшего перед ним Робина. – Ты даже смотришь так же, как он!

Взяв флакон с мазью и корпию, Робин подошел к кровати.

– Вы позволите помочь вам, государь? Мне нужно, чтобы вы легли спиной кверху.

– Спиной! – хмыкнул Генрих, переворачиваясь на живот. – Говори, как есть: задницей.

Кряхтя, король вытерпел не слишком приятную процедуру промывания и наложения компресса, но в конце так обессилил, что беспрекословно принял помощь Робина, когда тот осторожно уложил его на спину. Налив в кубок настоявшийся отвар, Робин поднес его к губам Генриха, но тот откинул голову и посмотрел на него с усмешкой.

– Я могу быть уверен, что ты не напоишь меня отравой?

Несмотря на то что перед ним был король, Робин позволил себе ответную усмешку:

– Если вы заподозрили во мне отравителя, то поздно спохватились, государь. Яд проникает в тело не только через рот, – и он выразительно приподнял бровь.