Комсомольский комитет

А рядом с соснами стояли ели, высокие, ярко-зеленые и стройные. И хотя все было прекрасно молодостью, ели были прекрасны именно своей старостью.

Время шло очень быстро. Вот за лесом, где-то между деревьями, малиновым краем сверкнуло солнце. Лене почудилось, что за деревьями послышались голоса. Нет, свои все в палатках. Лена и Толя сдали дежурство.

Под прохладным брезентом палатки Лена тотчас заснула таким крепким сном, который бывает только на свежем воздухе да после бессонной ночи.

Утром всех, кто дежурил, долго не будили. Лена не знала, что другие группы туристов тоже пришли на Тайнинку. Они остановились за излучиной реки, и комсомольцы сначала не заметили друг друга. А утром они, проснувшись с первыми птицами, отправились бродить по лесу, встречать первые солнечные лучи и, конечно, встретились друг с другом.

Лену разбудило странное ощущение; она пыталась встать, но натыкалась на чьи-то руки, ноги, словно была в мешке, ей даже стало страшно. Наконец девушка, Ленина соседка, выскользнула из-под брезента. Выбравшись тем же путем, Лена увидела, что колышки, на которых были укреплены шнурки их палатки, выдернуты и неизвестно откуда взявшийся Игорь Соболев все еще пытался скатать упавший брезент вместе с его барахтавшимися жильцами. Девушки под брезентом смеялись и визжали.

— Погоди, мы до тебя доберемся! Тоже мне, безобразничает тут! — шутливо сказала Лена.

— Нельзя спать так долго, — с напускной назидательностью сказал Соболев.

— Какие отряды пришли, Игорь?

— Все уже здесь. Я уже всех начальников видел. Все в порядке. А у вас?

— Тоже в порядке! Игорь, а знаешь… мне здесь очень нравится! Мы с Толей Чирковым вместо двух часов всю ночь у костра провели. Хороший он парень, как тебе кажется?

И Лена не без боязни ждала ответа.

— Неплохой. А можно будет сделать из него очень хорошего!.. Какое чудесное утро! — сказал Игорь. — Ну, я пойду к своим, — и он исчез, раздвигая руками ветки.

Лена вынула из рюкзака полотенце и, сказав девушкам, что нужно готовить завтрак, пошла к речке. Занятно и легко было прыгать через валежник, обегать толстые сосны, весело пугаться старых мохнатых муравейников.

Вернувшись, Лена узнала, что Толя Чирков вызвался быть поваром.

Но вот комсомольцы сели на траве вокруг расстеленного брезента, дошла очередь до чая, и тогда оказалось, что Толя по незнанию высыпал в чайник целую пачку заварки, которой хватило бы на двадцать таких чайников. Все растерялись.

— Девочки, что делать — пить-то будем? — спрашивала одна из девушек, приподняв крышку и боязливо заглядывая в чайник.

— Толя первый должен пить, говорят, от этого чаю поправляются, а он у нас ху-дющий, — предложила девушка, стриженная под мальчишку и в мальчишечьих брюках.

— Подумаешь, немножко гуще только получился, ничего особенного! — упрямо сказала, наливая себе чаю в кружку, Марьяна Рудакова, та самая Рудакова, из-за которой когда-то так хлопотал ее брат Федор.