![Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
мстительно и злорадно пели наручники. Они усердно залива
лись тупой и грозной трелью, сотканной из боли и страха.
— Что, девка, не пробовала таких? Хо-хо-хо! — коротко
хохотнул надзиратель, подталкивая Риту в спину. — Наручни
ки-то ав-то-ма-ти-чес-кие, — последнее слово он произнес с яв
ным наслаждением и гордостью. — Сами защелкиваются! Побу
дешь в них часа три — кровь захолонет. Руки оттяпают. К
калекам в зону отошлют! Не бзди, девка! Y них в зоне житуха
— я те дам! Жри, спи и не работай! Веселую жизнь устроим!
Второй надзиратель шел молча. Шумно посапывая носом,
он искоса поглядывал на болтливого сослуживца. В зоне еще
было светло. Рита шла, не поднимая головы. Y самых ворот, меж
ду кухней и вахтой, стояли женщины, выстроенные четырех
угольником. Рита заметила их тогда, когда ее и Катю вплотную
подвели к живому каре. В забытые давние годы в такие четырех
угольники строили солдат перед сражением, а сегодня выстро
или женщин, молодых и старых, больных и здоровых, покорных
и ненавидящих. Заключенные по приказу надзирателя рассту
пились. Посредине четырехугольника в пустом пространстве
230
стояли начальник лагпункта, лейтенант, собашник и трое над
зирателей. Риту и Катю подвели к ним. На земле, у ног собашника, лежала мертвая Аня. Взбухшие от крови лохмотья сви
сали на землю. Кровь запеклась. Тонкие лоскуты и ленточки,
это все, что осталось от платья, затвердели как высохшая кора
давно срубленного дерева. Горло разорвано почти до позвон
ков. Левая щека и губы вырваны, так что обнажились розовые
десны. Вместо глаз — пустые глазницы: на каждый глаз собаш
ник не поскупился истратить по две пули. Зубы выбиты, почер
невший язык вывалился наружу.
Y правой ноги собашника лежал глухо ворчащий Рекс.
Голова пса была перевязана чистым бинтом, шерсть поднима
лась дыбом. Левую ногу собашник поставил на обнаженный
живот Ани. Время от времени он с мстительной радостью и
удовольствием ожесточенно вытирал грязную подошву сапога
об израненное тело мертвой женщины.
— Смотрите на дикое мясо! — оглушительно заорал со
башник, когда Риту и Катю вплотную подтолкнули к распро
стертому трупу Ани. Рита рванула наручники и, не чувствуя
боли, молча упала перед Аней на колени. Она схватила Аню
за голову, припала к ее лицу и поцеловала. Катя повернулась,
ища кого-то глазами. Наконец она нашла Любовь Антоновну
и закричала, не отрывая глаз от ее посеревшего лица:
— Доктор! Лечите собаку! Аня порубила ей голову! Вы
спасли его бабу, — Катя протянула закованные руки в сторону
капитана, — помогите теперича и псу!
Капитан шагнул к Кате, но собашник опередил его. Ласко
во прикоснувшись к вскочившему на ноги псу и крикнув ему
«сидеть!», собашник, пнув Риту ногой в лицо, подался всем
телом к Кате — она повернулась к нему спиной — и с размаху
обеими руками ударил ее по голове. Y Кати подогнулись коле
ни. Оглушенная, она еще стояла какую-то долю секунды на
ослабевших ногах, а потом мягко упала на землю лицом вниз.
— Рекса маво ругать?! Рекса?! — завизжал собашник, пры
гая на спину Кати.
Рита на мгновение ослепла от удара. Мелькнуло лицо пау
ка с отрубленными пальцами вместо глаз. Она крикнула что-то.
И сама не услышав своего крика и не поняв его, еще плотнее
прильнула к Ане. Кровь Риты, горячая и живая, тяжелыми кап231
лями падала на измученное лицо Ани и тоненькой струйкой
стекала со лба в пустые глазницы убитой.
— Прекратите зверства, капитан! — зазвенел голос Любови
Антоновны.
Она подбежала к капитану и встала перед ним, маленькая,
сухонькая и бесстрашная.
— Бейте меня! Бейте! Вы — дикарь! Палач! Зверь!
— Отойди, доктор! Зашибу! — огромный кулак капитана