Хозяйка перекрёстков [СИ]

Бутыль угодила кабану прямо в морду, щедро забрызгав горючей смесью всю переднюю часть туши. Тварь завизжала так, что захотелось зажать уши руками – от этого звука было просто физически больно.

Поначалу показалось, что я только всё испортил. Зверюга продолжала нестись во весь опор, вереща так, что в животе всё в клубок сворачивалось. Этакий разогнавшийся до бешеной скорости паровоз со спятившим машинистом. Только теперь этот паровоз ещё и горел, смердя на всю округу вонью палёной шерсти.

Дерево, за которым я пытался укрыться, разлетелось буквально в щепы. Обломки картечью ударили мне в спину, но я продолжал бежать. Земля позади меня дрожала так, что казалось – вепрь уже буквально в двух шагах. Ещё немного – и удар страшной клыкастой морды подбросит меня вверх. Или, того хуже, тварь просто повалит меня с ног, и трехтонная туша пройдется по мне тяжелыми копытами…

Но чудовище, вереща, пронеслось мимо, и уже не останавливалось. Визг его был слышен ещё долго, разносясь, наверное, на километры вокруг. Но сам вепрь скрылся в лесу и быстро потерялся из виду.

В наступившей тишине, наконец, стало можно различить другие звуки. Встревоженные крики других охотников, возвращающихся к месту побоища. Стоны Мелеагра, зачем-то пытающегося отползти куда-то в сторону.

Двигал здоровяк только руками, ноги бессильно волочились следом. Похоже, сломал обе. А то и позвоночник. Впрочем, удивительно, как он вообще выжил после такого удара. Повезло, что не напоролся на острие бивня – вепрь, по сути, просто подбросил его, подцепив снизу.

Я подбежал к нему, схватил за плечи, заставил снова лечь на спину. Взгляд у него был совершенно ошалевший. Возможно, и головой здорово приложился.

– Эй! Очнись! – рявкнул я. – Лежи спокойнее, или сделаешь себе только хуже.

К нам подбежал Дриас, запричитал что-то неразборчивое, лихорадочно осматривая товарища.

– Крови вроде нет… – разобрал я. – Слава богам, крови не видно! Где болит, Мелеагр?

– Ноги! – прохрипел здоровяк. – Я ног не чувствую!

– О, боги!

– Богам своим потом помолитесь, – поморщился я. – Его нужно срочно уносить отсюда! Соорудите носилки, уложите поровнее и тащите к лекарю.

Оставшиеся в живых подручные Мелеагра уже стянулись к нам. Спорить они не стали – тут же засуетились в поисках подходящих жердей для носилок. Благо, всяких обломков кругом валялось предостаточно.

Сам я тоже на всякий случай осмотрел себя и послал мысленный запрос Аме. Вердикт: отделался лёгким испугом. Пара синяков и ссадин. Такие повреждения амальгама залечивает за считанные минуты.

Я огляделся. Вепрь, убегая, оставил за собой заметный след. В том месте, где он с разгона влетел в чащу, и вовсе будто целая просека образовалась. Еще и некоторые ветки загорелись и тлели.