В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком
- Автор: Реутов Алексей Ильич
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Мурманское книжное издательство
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком». Краткое содержание книги:
Работу завершил мурманский писатель Станислав Панкратов. Повести поочередно выходили в Мурманском книжном издательстве. Затем, в 1970 году, повести выходят одной, общей, книгой в переработке С. Панкратова. Книга эта была встречена с интересом и молодыми читателями, теми, кто не встречался с Реутовым-писателем и с Реутовым-капитаном, и читателями старшего поколения, в том числе теми, кто хорошо знал автора. 50-тысячный тираж разошелся быстро. Книга Алексея Ильича рассказывает о моряках торгового флота и о тех проблемах, которые пришлось решать людям его поколения на фарватере строительства коммунистического общества. Проблемы эти, частично, уже решены. Но ценность повестей капитана Реутова еще и в том, что он страстно и убедительно обращается к уму читателя, заставляя думать, заставляя видеть вокруг себя все, что еще мешает нашему движению вперед. По этой причине и в ответ на многочисленные просьбы читателей выходит новое издание повестей капитана Алексея Ильича Реутова.
«Ну что же, — понуро говорит помполит, — не сработались, выходит… Надеюсь, мой сменщик будет удачливее. Прощайте».
Сомов снисходительно жмет ему руку, хлопает по плечу:
«Не вешай нос, парень! Все обойдется. Я напишу пару писем — больших неприятностей не будет. А вообще — запомни: в людях разбираться нужно. Для помполита это первое дело… Ну, не поминай лихом!»
Развенчанный помполит уходит. И начинается тихая, мирная, уверенная жизнь, какой была она до появления этого армейского смутьяна…
И — главное во всей этой истории — Александр Александрович непременно напишет пару писем с личной просьбой не обижать бывшего помполита Знаменского. Эти письма покажут, что он, капитан Сомов, не мстителен и не злопамятен, а просто прав. Прав в данном конфликте, по большому счету…
Александр Александрович любил проводить в своем воображении такие пантомимы. В них он часто находил успокоение в минуты гнева, в них черпал новую энергию и любовался новыми горизонтами.
В прошлом, сразу после войны, обстоятельства сложились так, что капитан Сомов некоторое время плавал без помполита. Потом к нему назначили очень энергичного, беспокойного, умного человека. Временами они плавали мирно, временами начинали спорить, а иногда самозабвенно скандалили, поскольку Сомов привык к единоначалию без ограничений, без малейшей критики, как того требовала в свое время военная обстановка. А когда наступили мирные дни, он никак не мог заставить себя перестроиться. Искра воинственности и категорической грубости, разгоревшаяся в нем за войну, не желала погаснуть.
Вероятно, в те далекие дни настойчивый помполит мог бы еще спасти в Сомове хорошего, большого человека, который в нем тогда еще, безусловно, сохранился. Но, к сожалению, помполит не успел закончить свой тяжелый труд: он заболел, списался на берег и больше не пошел в море.
А следующий помполит, с которым Александр Александрович проплавал шесть с половиной лет, оказался слишком покладистым парнем. Как раз такой помполит Сомова устраивал по всем статьям. Они сплавались, совершенно не мешая друг другу жить: один без конца расклеивал на всех свободных переборках вырезки из газет и иллюстрации из журналов, а другой иллюстрировал на мостике свою душевную черствость и пустоту…
К концу этого шестилетнего плавания Александр Александрович уже был таким, каким Знаменский застал его на «Оке». Тот большой и справедливый человек, которому хотел помочь подняться в Сомове первый помполит, так и не вырвался из болота себялюбия…
А что такое помполит? — рассуждал сам с собой Александр Александрович. Да любой начинающий партийный работник, назначенный на судно, может стать помполитом. Значит, если в инстанциях станет ясно, что старый заслуженный капитан Сомов не сплавался с новым помполитом, напрашивается только одно последствие — заменить помполита. Такое разумное решение подсказывалось и самой ситуацией. Капитан Сомов только что украсил свою судоводительскую репутацию спасением «Везера». Его авторитет приобрел дополнительный вес. Ну, и кроме того, должны были сыграть какую-то роль и его письма.
«Смутьяну конец», — твердо решил Александр Александрович в этот вечер и безмятежно заснул.
34
Ночью Александр Александрович проснулся от холода. Он дрожал самым настоящим образом. Термометр, укрепленный на переборке, показывал всего одиннадцать градусов.
Александр Александрович, сонно, но от души ругаясь, слез с высокой койки, отыскал шубу, бросил ее поверх одеяла и «зарылся в лохмотья», как позже он сам выразился. Остаток ночи он проспал довольно сносно. Правда, ему снились айсберги и пес, пожиравший мороженое…
Утром он вскочил, провел десяток энергичных приседаний, снял щетину электробритвой и почувствовал, что еще далеко не стар и жизнь хороша. Продолжая утренний туалет, он даже мурлыкал какой-то марш.
Без пяти восемь Сомов вошел в кают-компанию и сел на свое место. Все уже позавтракали, но капитана ожидали за столом помполит, стармех и старпом.
Сомов встал в том настроении, когда прилив старческой бодрости искал в нем какой-то разрядки. В это утро его одолело желание поучительно высказаться. И он не стал противиться желанию. Аппетитно отделяя вилкой комочки салата, он прочитал старпому целую лекцию по морской практике из раздела «Судовые работы». При этом он действительно дал ряд дельных советов и говорил о тех работах, которые числились в ремонтной ведомости.
Так что высказывание капитана носило совсем не отвлеченный характер. Александр Александрович говорил, а на судне было тихо. Глухо стучали молотки только наверху, в капитанской каюте.