В кругах литературоведов. Мемуарные очерки
- Автор: Фризман Леонид Генрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-1248-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В кругах литературоведов. Мемуарные очерки». Краткое содержание книги:
Писалась книга о Галиче быстро и радостно. Низкий поклон за понимание и поддержку брату покойного поэта Валерию Аркадьевичу и его жене Людмиле Георгиевне. Помогала мне и его родственница Нина Георгиевна Крейтнер, которая распоряжалась значительной частью его архива. Но с ней было нелегко, приходилось объяснять, что все, что я делаю, я делаю не для себя, а для увековечения памяти великого поэта и дорогого ей человека. Мои уговоры не были бесплодны, по ходу разговора она смягчалась, как-то теплела, и я добился почти всего, чего хотел. Лишь несколько фотографий, которые я выпрашивал для иллюстраций, так и не удалось получить.
Поскольку для меня всегда самым ценным в Галиче была его беспощадная приверженность истине о нашей истории, о нашем политическом строе, о всей нашей жизни, то я и назвал книжку строчкой из его песни: «С чем рифмуется слово ИСТИНА». Принес ее в издательство «Художественная литература», в котором был, как казалось, желанным автором: кроме двух сборников в серии «Русская литературная критика» и монографии «Декабристы и русская литература» здесь вышел подготовленный мной «Парнас дыбом»: первое издание стотысячным тиражом, а через год второе – трехсоттысячным. Намечавшийся редактор одобрил представленную рукопись, поддержал меня в том, что книга должна быть лишена какого-либо налета академизма или наукообразия, согласился с отсутствием в ней библиографических сносок. Но выпуск сорвался из-за финансовых неурядиц. Было межеумочное время, когда государственные издательства разваливались, а частные еще не стали на ноги.
С двухлетней задержкой и ценой немалых усилий мне все же удалось добиться ее выхода в свет. «Крышу» дало санкт-петербургское издательство «Орион», а реально тираж был отпечатан в Харькове. Встретили ее хорошо. «Литгазета» откликнулась хвалебной рецензией, а сотрудничавший с ней Г. Г. Красухин написал: «…Книжка Ваша по-новому раскрывает и Вас. Оказывается, Вы не только ученый литературовед» – и тут же предложил сотрудничество в рубрике «Точка зрения», которую он вел: «Я был бы рад, если бы колонка Вам удалась: мыслите Вы очень интересно». Вот отклик Б. Ф. Егорова: «Меня не удивила книга: ведь большинство из нас в нормальных условиях занимались бы современностью – и к ней всегда тянемся». Из США пришло письмо Юрия Дружникова: «Книжку Вашу о Галиче я прочитал сегодня ночью. О нем много написано, но это лучшее, что я знаю. Вы, помимо прочего, очень точный на слово эссеист». С. Б. Рассадин, хорошо знакомый с Галичем и примерно тогда же выпустивший о нем книжку мемуарного характера, написал: «…Благодарю Вас как внимательный и неизбежно придирчивый читатель. Всегдашний Ваш превосходный уровень, мне давно и хорошо знакомый, разумеется, выдержан и здесь, в материале, уж не знаю, то ли необычном для Вас, то ли неожиданном для меня. Вероятно, это прозвучит глупо, но все равно: я рад за покойного Сашу, так трагически недополучившего при жизни. Впрочем, и Вашу книгу он читал бы с радостью и недоверием: неужели это про меня? Да, слава богу, про него».
Так случилось, что с книжки о Галиче началась моя дружба с Бенедиктом Михайловичем Сарновым. Считаю его одной из самых выдающихся личностей, знакомство с которыми мне подарила судьба. Сколько я бывал в Москве на протяжении двадцати лет, отделявших наше сближение от его смерти, столько напрашивался в гости в его квартиру на улице Черняховского… А ведь в 1994 году я напал на него в печати! Опубликовал в «Литературной газете» статью «“Подлинный расцвет”, или О чем позабыл Бенедикт Сарнов». Думал, после этого он меня на порог не пустит.
Б. М. Сарнов
Но нет! Он не только не обиделся и не счел врагом, а пригласил в гости. Было товарищеское общение и бутылочка вина, и ушел я одаренный его книгой «Пришествие капитана Лебядкина (Случай Зощенко)» с надписью: «Леониду Генриховичу Фризману с благодарностью за понимание, что для литератора, как известно, дороже всего. Дружески Б. Сарнов». Согласитесь, что такой ответ на критику в печати встретишь нечасто, на это способен только духовно сильный человек.
Главным свершением Сарнова я считаю его четырехтомный труд «Сталин и писатели». Из остального ставлю выше всего книги «Маяковский. Самоубийство» и «Феномен Солженицына». Делаю над собой усилие, чтобы не продолжить этот перечень двухтомными мемуарами «Скуки не было» и некоторыми другими из его книг. Ничего не скажу о том, какой он был собеседник, потому что это не передать никакими словами. Читайте его и все поймете сами. Во время встречи, которой суждено было стать последней, Сарнов рассказал, что пишет книгу об Окуджаве. С каким наслаждением я бы ее прочел!