В кругах литературоведов. Мемуарные очерки
- Автор: Фризман Леонид Генрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-1248-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В кругах литературоведов. Мемуарные очерки». Краткое содержание книги:
Дважды он приезжал в наш университет и с большим успехом читал спецкурсы в наших аудиториях, был самым дорогим и желанным оппонентом на защитах моих аспирантов и докторантов. Особенно значительна роль, которую он сыграл в судьбе моей ученицы Елены Анатольевны Андрущенко. Когда она подготовила для серии «Литературные памятники» книгу Мережковского «Толстой и Достоевский», ответственным редактором выступил именно Гришунин.
Но еще до выхода этой книги я договорился с ним о том, что редколлегия доверит Е.А. Андрущенко куда более ответственную работу – подготовку для той же серии книги Мережковского «Вечные спутники». Вечер ее «зачатия» запечатлелся в моей памяти во всех деталях. После застолья в квартире А. Д. Михайлова мы шли от его дома на улице Качалова к метро «Библиотека имени Ленина» и обсуждали проблемы и трудности будущего издания. Надо признаться, ни он, ни я не представляли их себе тогда в полной мере. Но моя ученица взяла эту высоту. Гришунин должен был быть ее ответственным редактором, и текстологические основы книги закладывались при его активном участии и под его руководством. К сожалению, дожить до выхода этого совершенного, я бы сказал, в многих отношениях образцового, издания ему не довелось.
На протяжении нашей без малого полувековой дружбы мы с Гришуниным поддерживали постоянную и оживленную переписку. Незадолго до смерти он рассказал мне, что ВСЕ мои письма он сохранил и передал в РГАЛИ. Я же, небрежный растяпа, большую часть их растерял. Из тех писем, которые я все-таки сберег, позволю себе привести здесь тексты, запечатлевшие, как мне кажется, живой отпечаток наших отношений.
Первое из них было написано в ответ на известие о том, что ВАК утвердил мою докторскую. Поздравлений пришло тогда много, но такое страстное – только одно.
Дорогой Леонид Генрихович!
Страшно рад! Веселюся всем сердцем! От всей души по-здрав-ля-ю!!! Не забывайте теперь друзей – тех, что еще не доктора. Домочадцы мои поздравляют тоже. Всего доброго всем Вашим близким.
Обнимаю сердечно!
Ваш А. Гришунин
10 июня 1978 г.
Второе письмо я получил за несколько дней до своего 50-летия. Эта круглая дата пришлась на время, когда в жизни Гришунина случилась большая беда: скоропостижно скончался его друг с фронтовых времен Е. Полтев. Жил он в Мурманске, я его никогда не видел, но Андрей Леопольдович мне много о нем рассказывал и любил повторять, что два самых близких ему человека – это Полтев и я. Горестное известие застало его на отдыхе, в Юрмале, и он прямо оттуда вылетел на похороны в Мурманск, отправив мне перед тем такое письмо:
Дорогой Леонид Генрихович!
Я еще поздравлю Вас телеграммой поближе к Вашему дню, а сейчас хочу обнять Вас на расстоянии и сказать Вам, что я Вас люблю и очень дорожу нашей верной, хорошей дружбой. Мне кажется, что за эти годы я многому у Вас научился. Вы относитесь к жизни с чрезвычайной серьезностью и, кажется, рассчитываете ее, как в шахматах. Я уверен, что Вы осуществите все свои планы, но впереди еще много высот, которые Вам предстоит покорить.
Крепко Вас обнимаю.
Ваш А. Гришунин
Еще одно письмо, которое, на мой взгляд, показательно для характеристики Гришунина. В конце минувшего века, когда мы готовились отметить важнейшее событие культурной жизни – 200-летне со дня рождения Пушкина, – я выпустил книгу «Семинарий по Пушкину». Со времени выхода в свет последнего подобного издания прошло сорок лет, пушкиноведение за это время так обогатилось, что необходимость дать современное представление о нем была прямо-таки кричащей. Признаюсь, что и сам считаю его подготовку одним из главных дел, которые мне довелось сделать.
Ни одна моя книга не далась мне так трудно, как эта. Дело не только в трудоемкости и ответственности самой работы. Мои надежды на то, что в преддверии 200-летия со дня рождения Пушкина удастся заполучить под эту идею какой-нибудь грант, не оправдались. Неимоверных хлопот и унижений стоило выпустить ее в свет. А пока она печаталась, развалилось и разорилось издательство, так что реализация тоже легла на мои не очень широкие плечи. И все-таки я доволен, что она существует. Возможно, из всех моих книг эта – самая нужная, ответившая на наиболее насущную потребность.
Она разошлась по миру, и на прием, который она встретила, жаловаться не приходится. Она сразу попала в Интернет и, если мне не изменяет память, была тогда там одной из всего лишь тридцати книг о Пушкине. Она превосходит все другие мои книги по количеству рецензий, появившихся в разных странах. Как правило, в этих рецензиях сочетались и высокая, порой, может быть, даже неумеренно высокая, оценка моей работы (не раз повторялось слово «подвиг»), и огромное количество разнообразных претензий, указаний на пробелы и т. и. В ряду полученных мной «критических писем» в моей памяти запечатлелись, наряду с письмом Гришунина, очень разумные, в хорошем смысле слова дотошные письма Л. С. Сидякова и Л. А. Шеймана. Вот что написал Гришунин: