Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

– Ты бы давно его сносила, если бы не прорастало прямо на тебе. Но убывает помаленьку. Последний комплект донашиваешь, – рассердился Дьявол. – Еще и Борзеевича подключили.

– Может, достанем меч, а железо после сносим? – расстроенно полюбопытствовал старик.

– Быстрее Баба Яга получается, – ответил Дьявол. – А неподготовленной в гости к вампиру идти не след. Нынче злые они, а Горынычи еще злее, Маня их источника силы лишила. Ну, если есть желание… Любой выбор уважаю, даже такой. Но, когда посадят на кол и придут побивать палкой, на мою помощь не рассчитывайте.

– Это не выбор, – осудила Манька, – это смерть. Зачем же еще палкой бить?

– Видишь ли, если человек не ступал по земле, пока был жив, в Аду он тем более не найдет куда ступить. Так до Суда и врачует вампира, подливая масла в огонь. Так разве он не на колу сидит или палкой его не бьют, если проклятие над ним продолжает висеть и вампир белее снега? До суда будет на колу вертеться и побои сносить. Судьи они, Манька… Строгие и справедливые. Спаситель сказал: «врагов же моих, тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте предо мною.»

Манька ужаснулась, представив себя на колу. Представила так ясно, как протыкает кол все ее внутренности, вырывая кишки вдоль позвоночника, будто видела и на себе испытала. И не удивилась – видела, а иначе откуда пришла эта ясная мысль? Опять вампиры пытали живую плоть, пока ее прицеп валялся в отключке. После того, как она побывала в Аду, земля ее ближнего часто показывала ей то, что творили вампиры на той стороне. Иногда во сне, иногда в чувствах и ощущениях. И она уже не пугалась и не удивлялась, досматривая до конца свои видения и объясняя земле, кто и для чего издевался над нею.

– Если поймают, мне хана! – вздохнула она. – Зачем я туда прусь? – осудила она себя.

– Не плакаться, а с гостинцами! – наставительно одобрил Дьявол. – А все едино смерть, если бы не заметила, что рядом иду. Помочь не могу, я Бог по сути, а не по признанию, караю и милую, но – Законом! Но могу научить.

– Был бы правильный Бог, – в сердцах бросила Манька. – А то все муки на меня собрал!

– Манька, я Бог Нечисти! Сердце мое безраздельно принадлежит вампиру. Любуюсь им и думаю: вот он, а вот я, но как мы похожи! Я перед Бездной боец, он передо мной боец. У меня есть Сад-Утопия, и его окружает Сад-Утопия, у меня есть Ад, и он не отстал. Я творю всякую тварь в своей земле, и он творит в земле своей тварюшек, я Судья, и он судья, я молюсь Небытию, и он молится Небытию, я поставил себя над костью, и он… Стоит ли сердиться на муравья, если оставил тебя без внимания? Впрочем, – Дьявол с грустью задумался, – с человеком такое может статься! И муравей ответ держит, если прополз по человеку. Ну, муравей, ладно, а стадное поголовье бизонов, чем человеку помешало? Не лает, не кусает, телится, доится, травку щиплет.