Кто не спрятался, я не виноват…(СИ)
- Автор: Изменяя_реальность
- Язык: русский
- Жанр: Роман, новелла
Электронная книга - «Кто не спрятался, я не виноват…(СИ)». Краткое содержание книги:
— Очень жаль, что ты так и не прочувствовал свою вину. Ты ведь обещал нам, что все вернутся домой живыми!
— Блядь, ты ебанутый или просто наивный? Что, по твоему, я должен был сказать всем вам, лежа под огнем? — изумился Роберт. — Что сейчас мы все подохнем?
— Но ты же не подох… А жаль...
— И ты, кстати, тоже не подох. С Васкезом в последнюю его минуту был я, а не ты! — уже не слишком заботясь о том, как отреагирует на его слова О’Коннел, низко прорычал Таннер, отодвигая в сторону скамью, и становясь стеной между бывшим подчиненным и нынешней помощницей. Флинн тяжело усмехнулся. Потемневшие глаза зло сверкнули из-под густых бровей.
— Таннер, ты ничего не забыл? — усмехнулся он, поигрывая пистолетом.
— Так, а разве не это твоя цель? — с издевкой отозвался Роберт. Тканевая подкладка бронежилета за время спуска по леднику пропиталась потом, и теперь натирала кожу, больно вонзаясь в тазовые кости.
— Ты думаешь, я — дурак и не заметил на тебе жилет? Но на твоей помощнице его нет, не так ли? — отступая на шаг назад, все так же улыбаясь, пробормотал Флинн. Теперь Роберт совершенно точно видел, что бывший заместитель за эти девять лет окончательно свихнулся, продолжая дело, с которым морально так и не смог справиться. Да, О’Коннел был хорош во всем, в чем-то даже превосходя Роберта. Во всем, но не в крепости психики. Тут Таннеру не было равных. Наверное, это было не слишком хорошо, так как инстинкт самосохранения отключался вместе с эмоциями, но это позволяло думать и действовать безотказно. Вот и сейчас мысли в мгновение упорядочились, выстроились в идеально прямую линию, нацеленную на спасение чужой жизни.
— Давай. Жми на курок, если хочешь остаться в живых. Ты ведь знаешь, что если не убьёшь меня сейчас, другого шанса я тебе не дам, — зло прошипел Таннер. Теперь было понятно, что Флинн на столько не дружит с головой, что уже не видит откровенной опасности, бравируя.
— Нет, это слишком просто, — фыркнул Флинн, едва уловимо глазу скользнув в сторону, чтобы открыть себе позицию обстрела.
Под низким каменным потолком выстрел грохнул так громко, что в ушах зазвенело. Роберт инстинктивно заслонил собой ничего не понимающую Саманту. Пуля, выпущенная с близкого расстояния ударила его в живот с силой, и на миг показалось, будто кто-то выключил свет. Бронежилет выручил в этот раз, но выстрела в упор ему не выдержать. Дыхание перехватило, и он подумал, что больше никогда не сможет вдохнуть морозный воздух гор. Саманта глухо замычала под повязкой. Флинн, спружинив, словно борец сумо, совершил головокружительный бросок в сторону девушки. Роберт, заметив темную тень все еще затуманенным болью взглядом, бросился наугад. Саманта, не дожидаясь своей участи, скатилась под дощатый стол, пытаясь избежать неминуемой гибели. Оттуда она услышала звуки борьбы, глухой удар о крышку, под которой пряталась. Стол затрясся, чьи-то ноги, обутые в тяжелые горные ботинки пинком отбросили скамейку, переворачивая и гася на соседнем столе свечу. Наступила кромешная темнота, в которой слышно было лишь рычание дерущихся мужчин, их громкое тяжелое дыхание и вдруг раздался выстрел. Затем еще один. Что-то влажно шмякнулось на каменный пол. Саманта судорожно принялась сдирать со рта повязку, пытаясь разглядеть в непроглядной темноте хоть что-то.
— Сэм? Ты цела? — голос Таннера звучал глуше, чем обычно. Ей не оставалось ничего кроме как хмыкнуть в ответ. — Отлично. Никуда не уходи, будь тут.
С тяжелым скрипом отворилась входная дверь. Послышались торопливые шаги. Кто-то спешно пытался унести ноги из гостиницы. Саманта поискала взглядом провал двери: на фоне абсолютной темноты он вырисовывался чернильно-фиолетовым небом с россыпью ярких звезд. Чей-то силуэт, придерживаясь за дверной косяк, пошатываясь, выскользнул на улицу. Саманта, торопливо развязывая узел на ногах, чувствовала, как по лицу катятся горячие слезы: настоящий животный страх заполнил ее изнутри, ширясь и распирая грудь, сдавливая сердце и легкие до тонкого писка, невольно вырывающегося с каждым вздохом. Ей никогда еще не было так страшно, и не смотря на этот поедающий её живьем ужас, она ползком направилась к двери. Шёпотом позвав Роберта, прислушалась: тяжелые шаги с улицы сменились звуком потасовки. Где-то совсем близко. Звук осыпающихся камней, чей-то вскрик и отчаянный мат вывели Саманту из оцепенения. Поднявшись на ноги, поискала на ощупь что-то, чем можно было бы себя защитить: под пальцы попалось что-то твердое и холодное — пистолет, поняла она. Уверенности прибавилось. Передернув затвор, удостоверилась в работоспособности механизмов и осторожно, как учил когда-то отец, выскользнула из двери приюта. На фоне звездного неба горы казались бессмертными могучими великанами, разглядывающими их всех сверху-вниз из-под седых бровей. Справа, у каменной террасы, происходила потасовка. Саманта на миг пожалела, что ночь была слишком темной, безлунной. Различить, кто есть кто было невозможно, и оставалось надеяться на удачливость и силу Роберта.
Роберт, разъяренный словами Флинна, сдерживал себя до последней секунды. Сейчас же, поняв, что противник морально был не готов к такому повороту, с упрямством бульдога вцепился в представившуюся возможность не просто покарать, а разорвать на куски ненавистного мерзавца. Адреналин вскружил голову, блокируя отчаянные крики тела, работающего на пределе своих возможностей. Флинн, выхватив откуда-то узкий десантный нож, недобро усмехнулся, вытирая катившиеся по лицу капли пота. Роберт занял стойку, раскрывая ладони для удобства перехвата удара. К его сожалению, ножевой бой был для Флинна родной стихией, в отличие от самого Таннера.
— И что, ничего не скажешь напоследок? — прошипел сквозь зубы “Гарм”, полоснув предупредительно воздух между ними.
— Не забудь стоп-слово, сука ирландская! — усмехнулся Роберт, делая ответный выпад, и проверяя прочность каменного настила под ногами. В следующее мгновение в воздухе прогремел выстрел, отражаясь эхом среди бессчетных горных вершин. Голос Саманты, хриплый и замученный, зло произнес:
— Сукины дети! Руки на затылок. Пристрелю обоих!
— Сэм, не вмешивайся, это личное… — прорычал Таннер, понимая, что она блефует. В темноте они с Флинном с трудом различали друг друга, не говоря уже о Саманте. Воспользовавшись замешательством, возникшим из-за внезапного появления помощницы детектива, “Гарм” выбросил вперед руку, продолженную клинком. Он чиркнул обо что-то твердое, зацепившись за полы куртки. Раздался треск рвущейся одежды и злобное шипение Таннера.
— О’Коннел, ты забыл, с кем связался, черт возьми?! — недовольно рявкнул он, вынимая из-за пазухи внешний аккумулятор с оборванным ударом ножа тонким проводом, — я тебя в порошок сотру… Ты ведь знал… Знал что нельзя было касаться моей семьи!
— А моей, значит, можно?
— Ты совсем пизданулся на этой работе… Больной ублюдок!
Ночной холодный воздух будто обратился в фирн{?}[Фирн (от др.-в.-нем. firni — прошлогодний, старый) — плотно слежавшийся, зернистый и частично перекристаллизованный, обычно многолетний снег, точнее — промежуточная стадия между снегом и глетчерным льдом. Плотность такой ледяной породы, состоящей из связанных между собой ледяных зёрен, лежит в пределах от 0,45 г/см³ до 0,8 г/см³.], становясь тягучим, затвердевая от каждого брошенного слова. Где-то вдалеке послышался отчетливо различимый звук работы вертолетного двигателя. В ночном небе появилась не яркая пока еще бело-голубая движущаяся звезда.
— Это конец, Флинн, как ты сам правильно заметил… Я же, черт возьми, бывший коп! Да еще и сыщик! — вынимая следом за аккумулятором небольшого размера диктофон с выведенным микрофоном из-за пазухи, прошипел раздраженно Таннер. О’Коннел не мог видеть этого, зато явственно почувствовал навалившуюся безысходность. Чертов капитан как всегда переиграл его. Горько хмыкнув, в отчаянной попытке уравнять шансы, бросился на Роберта. Тот не удержался на ногах, поддавшись инерции и массе тела бывшего подчиненного. Каменный свал жестко принял на себя мужчин, выбив из легких воздух, затолкав в рты и носы каменную мелкую пыль, вонзившись острыми осколками в открытые части тел. Роберт, ослепленный злостью, вцепился в густую шевелюру Флинна рукой, и с размаху приложил того головой о землю. В тот же миг что-то острое и неприятно-холодное нашло брешь в пластинах бронежилета, вгрызаясь в бок и проворачиваясь там. Сдавленно выдохнув, с размаху опустил зажатый в руке булыжник на довольную, улыбающуюся физиономию “Гарма”.