Византия в эпоху иконоборчества
- Автор: Величко Алексей Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ЛитРес: Самиздат
- ISBN: 978-5-04-330299-1
- Жанр: История
Электронная книга - «Византия в эпоху иконоборчества». Краткое содержание книги:
Своим авторитетом, многократно помноженным на авторитет императорской власти, Соборы раз и навсегда устанавливали те правила, которыми следовало руководствоваться всей Вселенской Церкви, не допуская и мысли, что их канонические или догматические оросы вступят в противоречие с законами императора. Они естественно дополняли общецерковное законодательство Римского государства, полагая, что именно вселенские определения, принятые в присутствии множества Отцов под председательством императора, будут обладать необходимым статусом, обеспечивающим их неуклонное и повсеместное исполнение. Необходимость дополнительно акцентировать внимание на процессуальных вопросах просто отсутствовала, как невостребованная и немыслимая для канонического и государственного правосознания эпохи Вселенских Соборов.
А, во-вторых, это был высший орган императора по вопросам вероучения. В отличие от Поместных соборов, чья деятельность далеко не всегда привлекала к себе внимание василевсов, Вселенские Соборы созывались исключительно ими и по вопросам, казавшимся государям актуальными для всей Вселенской Церкви. Любая попытка законодательно урегулировать процедуры Соборов со стороны императора привела бы прямо или косвенно к ограничению высших прерогатив царя, что, конечно, было немыслимо и нелогично для государства, где верховным законодателем являлся сам же монарх.
Наконец, это был орган чрезвычайный и экстраординарный, созывавшийся по мере острой необходимости и всегда вынужденный принимать филигранные меры для сохранения единства Церкви и отыскания верного баланса между акривией и икономией. Понятно, что такие нюансы едва ли подвержены правовому регулированию.
Как следствие, единственный выход, подсказанный самим временем, заключался в том, чтобы сохранить значительную свободу действия, основываясь, тем не менее, с одной стороны, на строгих принципах римского процессуального права, а с другой — на правилах церковной жизни и канонических традициях.
Поэтому-то так и индивидуальны были великие Соборы, так непохожи друг на друга, сохраняя, тем не менее, те характеристические черты, которые сформировались еще в Никее в 325 г. Авторитет первого вселенского собрания, совокупно с авторитетом императора св. Константина Великого был настолько велик, что впоследствии практика Соборов всегда исходила из этого первого прецедента как некоего блистательного аналога. Конечно, полного сходства удавалось достигнуть далеко не всегда, и потому каждый из последующих Соборов привносил в эту практику свои индивидуальные особенности. Но в то же время Церковь никогда не позволила поставить под сомнение те начала и формы, которые были дарованы ей в Никее в 325 г. В свою очередь и императоры не решались менять то, что было реципировано Церковью.
Как верховный законодатель и главный хранитель веры и благочестия, император самостоятельно определял и наиболее острые догматические проблемы, волновавшие Церковь, и круг участников, исходя из конкретных требований времени и ситуации. И, безусловно, такие «формальные» обстоятельства, как число присутствующих епископов, не относились к числу приоритетных. Поэтому для современников Соборов на самом деле не имело никакого определяющего значения, сколько архиереев присутствовало на каждом конкретном Соборе, хотя по возможности было желательно представительство всех Поместных церквей. Однако если такое условие и не выполнялось, авторитет Соборов отнюдь не ставился под сомнение, если под его актами стояла подпись императора, и они соответствовали общим традициям церковной жизни. Далее все решала рецепция, то есть усвоение соборных решений церковной полнотой, проверка их на соответствие духу и букве Православия.
В отличие от Запада Восточная церковь всегда довольно «легко» относилась к формам установления истины, как правило, допуская вариативность и даже незначительные отклонения от устоявшихся образцов, если казалось, что следование им создает дополнительные трудности. Применительно к истории Соборов такая практика совершенно себя оправдала, начиная с процедурных вопросов и определения состава участников и заканчивая самим статусом высшего соборного органа Церкви, когда прерогативы Вселенских Соборов по факту унаследовали Восточные соборы в эпоху разделения Церквей.
Однако эта блистательная практика существовала при трех непременных условиях: единстве Кафолической Церкви, сохранении «симфонической» традиции отношений политической и церковной властей и наличии императора как главы церковного управления. Когда одно из оснований этой гармоничной системы начало рушиться, неизбежно должны были исчезнуть и Вселенские Соборы. И после того, как в IX веке Римская церковь и весь христианский Запад признали другого императора, помимо Византийского царя, Церковь перестала быть единой.