Дракон в свете луны [Книга 1]

— Когда вы видели госпожу в последний раз? — спросил он. — Помните точное время?

— Это было вчера перед самым обедом, — сказал монах. Он опустил руки на колени, одернул подол коричневой кашаи. — С ней ушел ваш воин, они направились к северным вратам.

— Стражники заявляют, что никого не видели, — возразил Нагиль. Монах понимающе кивнул.

— Возможно, они покинули город другим путем. Я не следил за ними, командир.

Зря. Нагиль с трудом подавил желание наорать на монаха — тот не обязан был сторожить госпожу, будь она хоть трижды драконом. То, что делали монахи для города и для войны в целом уже с лихвой покрывало любые просьбы Нагиля, и защита госпожи из Священного Города в них не вмещалась при любом желании капитана.

— Может быть, вы знаете, что она делала перед этим? — спросил Нагиль, уже не особо надеясь на ответ. Он растирал шею, покрывавшуюся волдырями от кипящей под ней крови, стискивал расходившиеся трещины, стараясь унять бушевавший в теле гнев.

— Она читала карты, — сказал монах. — Чрезмерно любознательная юная женщина.

— Покажите мне, — попросил Нагиль.

— Обычные карты, командир. Я оставил ее в библиотеке, а когда вернулся, она уже ушла. Она что-то искала — там был жуткий бардак.

— Бардак? — нахмурился Нагиль. Монах, помедлив, кивнул.

— Да. Юная госпожа опрокинула несколько полок, нам потребовалось немало усилий, чтобы вернуть библиотеке прежний вид.

Если госпожа была так зла, что не щадила даже книги, к которым, по мнению Нагиля, относилась трепетнее, чем к людям даже, вряд ли полученная информация ее обрадовала. Что бы она ни нашла на картах, это заставило ее бежать — прочь из монастыря и из города.

— С вашего позволения, я хотел бы осмотреться в библиотеке, — сказал он и выпрямился, чтобы встать. Монах тоже встал, взвился в воздух подернутый им шлейф дыма, и среди запаха благовоний Нагиль почуял что-то более непривычное, чем аромат сандаловых палочек.

Он поморщился, для верности шагнул ближе к ожидающему монаху. От его кашаи едва уловимо тянуло цветками персика — тонким ароматом, незаметно вплетающимся в благовония, слишком нежным, чтобы его можно было почувствовать простому человеку. Но Дракон, живущий в Нагиле, потянулся за оставленным следом, как за ниточкой, и в складках монашеских одеяний ощутил присутствие госпожи.

— Вы разговаривали с госпожой?

Монах направлялся к выходу, задувая по пути свечи. Нагиль шел прямо за ним, цепляясь за ускользающий аромат цветов и все больше распаляясь.

— Только проводил до библиотеки.

Жизнь научила Нагиля не делать поспешных выводов — но прямо сейчас он хотел схватить монаха за ворот кашаи и вытрясти из старика всю правду, вокруг которой тот плел свою историю. Нагиль не слышал в его словах лжи, и это тревожило больше, чем если бы он обнаружил, что от начала и до конца послушник буддийского монастыря врал ему прямо в лицо.