Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов

Динамика послевоенной численности крестьян — «бывших кулаков» в составе «спецконтингентов», находившихся на спецпоселении. По данным на середину 1945 г., в спецпоселках на территории страны проживало 221 788 семей «бк» (613 305 чел.). Среди наиболее крупных регионов, где размещались «бк», были и три сибирские территории — Томская обл. (10,5 % от общей численности), Кемеровская обл. (8,8 %), Красноярский край (5,4 %). Среди «бк» мужчин было 170 774 (27,7 % от общей численности), женщин — 224 930 (36,7 %), детей и подростков до 16 лет — 218 141 (35,6 %)[485]. Зафиксированная к моменту окончания войны половозрастная структура крестьянской ссылки имела необычную конфигурацию (весьма значительный разрыв в показателях долей взрослых мужчин и женщин и достаточно низкий процент детей и подростков в составе крестьян-спецпереселенцев). На 1 апреля 1945 г. категория «бк» все еще оставалась самой многочисленной среди других групп, находившихся на поселении, — 28 %. Далее по численности шли депортированные этносы: немцы (27 %), чеченцы и ингуши (19 %), высланные из Крыма (9 %) и др. группы.

Карательная статистика, фиксировавшая динамику (движение) «спецконтингентов» за 1 квартал (январь — март) 1945 г., содержит важную информацию об изменениях для категории «бк». Так, в течение этого периода общая численность «бк» на поселении уменьшилась с 631 173 до 622 062 чел., т. е. почти на 9 тыс. чел. Данная цифра складывалась из соотношения источников «прибыли» и «убыли» в составе данной категории. В первом случае «прибыль» в 1886 чел. была получена за счет вернувшихся из мест лишения свободы (259 чел.), возвращенных из бегов (161 чел.) и родившихся (1466 детей). «Убыль» в 19 997 чел. складывалась из снятых с учета спецпоселения (7498 чел.), умерших (2492 чел.), бежавших (572 чел.) и направленных в места заключения (503 чел.). Из приведенных данных следует, что и тогда, и в дальнейшем основным источником «убыли» данного контингента становилось снятие различных категорий с учета спецпоселения. Три других фактора, влиявших на динамику численности этой категории (соотношение рождаемости и смертности, бегства и возврата из бегов, арестов и освобождений из мест заключения), имели привычное для военного времени соотношение: рождаемость к смертности — 1:1,7, возвращенные из бегов к бежавшим — 1:3,5, освобожденные к арестованным — 1:2. Тем не менее сравнение с аналогичными показателями других категорий «спецконтингента» указывает на то, что «бк» могли считаться сравнительно «спокойной», т. е. адаптированной к условиям спецпоселения группой. Так, соотношение рождаемости и смертности среди чеченцев и ингушей за тот же период составило 1:30, освобожденных к арестованным — 1:10[486]. К моменту окончания войны и после выделения в 1944 г. Томской обл. из Новосибирской структура занятости и масштабы использования труда «бк» на территории Новосибирской обл. выражались следующими показателями. На учете спецпоселения весной 1945 г. находилось 1499 семей (2899 чел.); из них мужчины составляли 40 %, женщины — 29 %, дети и подростки — 31 %. Доля трудоспособного населения на осень 1945 г. исчислялась в 55 % от общей численности. Фактически на работах использовались не только лица в возрасте от 16 лет и старше, но и подростки. За счет этого фактора данный учетный показатель превышал 100 %. В частности, в колхозах работали не 532 чел., определенных комендатурами как «трудоспособный контингент», а 865 чел.[487] В предвоенное и военное время главными факторами снижения численности контингента «бк» оставались директивные решения о снятии с учета спецпереселенческой молодежи по достижении 16 лет (постановление СНК СССР от 22 октября 1938 г.), в годы войны эту роль играли уже упоминавшиеся постановление ГКО от 11 апреля 1942 г. о призыве «бк» (не глав семей) на военную службу, директива НКВД СССР от 22 октября 1942 г. о снятии с учета спецпоселения мобилизованных и членов их семей, директива НКВД СССР от 23 мая 1944 г. (снятие с учета подростков, направленных на учебу в школы ФЗО и ремесленные училища). Очевидная целевая установка такой политики — разъединение поколений и «советизация» подростков, молодежи и активной трудоспособной части средней возрастной группы. Однако подобная дискриминация вступала в противоречие с тем, что остававшиеся на поселении различные возрастные когорты в годы войны подтверждали свою лояльность политическому режиму, активно трудились в различных сферах экономики, удостаиваясь правительственных наград в тылу и т. д.