Трёхочковый в сердце

Пытаясь как-то отвлечься, он смотрел по сторонам. Так странно, когда он катался на горных склонах, практически идентичных этому, ему почти не бросался в глаза местный пейзаж. Ну горы, снег, пара деревьев, чёрт пойми зачем выбравших себе такую участь к существованию. Только чистый адреналин и экстаз, от ощущений скорости и ускользающего ветра, неуспевающего угнаться за тобой. Сейчас всё было по другому, бескрайнее поле, белое и девственно чистое, какой ещё человек ступал тут за последнее время, а даже если и вчера, то никаких следов уже не осталось. Слепившая и раздражающая днём белизна, теперь, напротив, убаюкивала, будто предлагая укутаться в одеяло. Колышущиеся на ветру деревья, маятником гипнотизировали каждого гостя: «Твои веки наливаются тяжестью, тебе хочется спать». Ветер, ещё утром, приносивший тебе удовольствие и вселявший бодрость духа, неустанно коробил каждым своим проявлением. И никакого адреналина, придающего силы бежать без остановки, останавливать движущиеся на тебя машины, только страх, поглощающий, дарующий неуверенность, а главное бесполезность собственных размышлений. Ник пытался найти в этом хоть какое-то успокоение, или дополнительный стимул, но пока всё шло лишь к упокоению.

Однако именно эта обстановка, вдруг, натолкнула его на мысль из полюбившейся трилогии о Тёмном рыцаре. «Как бежать быстрее, прыгать выше и драться дольше чем можешь, без самого сильного душевного импульса – страха смерти». И Ник чертовски боялся, это чувство настолько сильно пропитало его, что сочилось сквозь открытые поры вместе с потом. Он продолжал идти, не надеясь, не стремясь, а испугавшись, что там впереди не будет ничего, ничего из того за что стоило бы бороться и к чему стремиться, всё это находилось здесь в настоящем. Боясь это потерять, Ник шёл не к спасению, а вопреки смерти. Ветер хлестал, разрывая остатки рубашки, промокшие ноги замёрзли так, что складки на штанах теперь были подобны ледяным скульптурам – обездвиженные и трескающиеся при малейшем движении. По ощущениям, ниже колен он просто плыл в этом снежном ворохе, не чувствуя как касается земли или напротив отрывается от неё. Ник больше не рисковал проверять состояние Киры, боясь не найти в себе сил на продолжение пути, его, покрывшаяся инеем шея, ощущала слабое дыхание, и этого было достаточно. Просто нужно было терпеть и идти дальше.