Реактор. Черная быль
- Автор: Якубов Олег Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Реактор. Черная быль». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
– Санитаркой пойдете?
– Пойду, но только в то отделение, где из Чернобыля лежат.
– Ах, вон оно что, – догадливо протянул кадровик. – Ну, тогда понятно.
Впрочем, ему было не до выбора. Как раз в «чернобыльском» отделении санитаров и не хватало. Выслушав наставления медсестры, в том числе и категорический запрет непосредственно контактировать с больными, новая санитарка получила тряпки и швабры, порошки и мыло, облачилась в халат, который когда-то был белым, и отправилась в отделение. Увидев ребят, беспомощных, голых, прикрытых только тоненькими простынками – даже самая легкая одежда доставляла им боль, – она не сдержалась, слезы непроизвольно брызнули из глаз. Но тут же, утерпев их платочком, Лена запретила себе плакать раз и навсегда. Может, она когда-то все же и всплакнула, но слез ее не видел никто. Ее Вася, как и все другие, лежал за прозрачной пленкой. Оглянувшись по сторонам и увидев, что поблизости никого нет, Лена юркнула за занавеску, наклонилась над мужем, прикоснулась губами к его щеке. Он слабо улыбнулся, хотел протянуть руку, но она беспомощно упала на простыню.
Неслышным вихрем целый день носилась она по отделению, при всяком удобном случае проникая хоть на минуточку к мужу. Когда к нему возвращалось сознание, он едва слышно спрашивал: «Как там ребята?» Лена выдавливала из себя улыбку: «Нормально».Сказать «хорошо» у нее язык не поворачивался. Ночью, а чаще всего уже по утро, она сворачивалась комочком в подсобке, куда затащила раскладушку, и пару-тройку часов заставляла себя поспать. Только для того, чтобы с ног не падать.
Через неделю после того, как она стала работать в отделении, ее вызвал Геннадий Семенович Левин. Уже наслышанная, что профессор – светило с мировым именем, она, робея, зашла к нему в кабинет.
Левин выглядел невероятно уставшим. Да и немудрено. В день он делал по нескольку операций, всего за неделю было сделано восемнадцать операций только по пересадке костного мозга, а сколько иных – не счесть.
– Я знаю, что вы нарушаете мой приказ не подходить к больным, не контактировать с ними, – сказал он не строго, как говорят провинившимся, а напротив – мягко и как-то даже душевно. – Так вот, раз нее боитесь, побудьте пока с мужем, я распорядился, чтобы вам там табуреточку поставили. От дежурств вас временно освобождаю.
Лена все поняла. Наскоро приняв душ, она выпросила у старшей медсестры «докторский» халат, коротко, чуть не до крови, остригла ногти, чтобы не зацепить случайно, и присела возле мужа. Все было худо, даже во сне дыхание его было прерывистым. Внезапно он открыл глаза, шевельнулся и поморщился от боли. Увидев скомканную простыню и уже зная, что даже малейший шовчик причиняет больным нестерпимые страдания, она одной рукой стала приподнимать невесомее тело, пытаясь другой поправить постель.
Перед самым рассветом ее сморил сон, короткий, тревожный, всего на несколько минут. Когда она проснулась, Вася уже не дышал.Как и всех других чернобыльцев, его похоронили на Митинском кладбище, в общей могиле, отрытой специально для умерших от облучения.
Похоронив мужа, Лена домой не вернулась. Она продолжала работать санитаркой, потом, подучившись, – медсестрой. К Леониду Петровичу, которого знала по их совместной службе с Василием, наведывалась ежедневно. Там познакомилась и с Гелием Строгановым.
***
В детстве у Генки Левина было два увлечения – он играл «в доктора» и разводил аквариумных рыбок. Пацаны, гонявшие в футбол, лапту, над его забавами посмеивались. Единственным «пациентом» соглашался стать только сосед-погодок Шурик Семенов. У Гены отчество было Семенович, у Шурика фамилия – Семенов. На улице их прозвали «Семенычи». Отца у Шурика расстреляли в тридцать седьмом. Бородатый, огромной силы извозчик Семенов под хмельком назвал чекистов «черная банда». Этого оказалось достаточным для приговора, который и привели в исполнение незамедлительно.
Восьмилетний Шурик пошел работать на ткацкую фабрику. До станка он не дотягивался, ему сколотили фанерный ящик-подставку. Школу, не окончив четвертого класса, мальчуган бросил – надо было кормить семью, мать и двоих грудничков-близняшек. На улице он теперь появлялся редко, в играх не участвовал. Но всякий раз, закурив папироску – рабочий же человек, имеет право – строго предупреждал озорников: «Семеныча не обижайте, узнаю – прибью». Силушку Шурик унаследовал от отца, ослушаться его охотников не находилось.
Окончив школу, Левин подал документы в медицинский институт, но получил на экзамене по литературе «трояк» и проходных баллов недобрал. В тот же лень он устроился санитаром в морг при клинике того же мединститута, куда не сразу, но все же через год сумел поступить.