Трусливый ястреб [litres]

Шерман нарушил тишину.

– Моррис?

– Да. Когда он умер, он сбросил газ до авторотирования. Но мы были слишком близко к земле, поэтому машина нырнула вниз и увязла в песке. – Декер сморщился от боли и замолчал.

Я размышлял. «Нырнули вниз»? С машиной было все в порядке. Они сели чуть жестче, чем обычно, но вертолет стоял ровно и работал, когда Декер выпрыгнул наружу.

Декер мрачно продолжал:

– Пуля влетела через треугольное окно, прошла через его бронежилет, будто его и не было, и попала в самое сердце. Бронежилет остановил ее только со спины. Он сбросил газ, как будто хотел перейти в авторотацию, и мы разбились, прежде чем я успел что-либо сделать, – он на секунду остановился. – Если бы я быстрее среагировал, мы бы не разбились.

– Ты все сделал как надо, – возразил Шерман.

– Это ты так думаешь. А теперь представь, что твоего лучшего друга застрелили у тебя на глазах, а ты даже не можешь удержать сраный вертолет в воздухе. Он сумел сделать все правильно, даже когда был при смерти. Он выставил авторотацию, но я просто не успел среагировать.

– Слушай, Декер, Моррис к тому моменту уже был мертв. При чем тут посадка? – спросил Шерман.

Декер внезапно поднялся на ноги.

– Он мертв, и это моя вина! – он схватил свой обрез и вышел из палатки.

– Боже, – произнес Нэйт.

– Не понимаю, почему он винит себя? – спросил Шерман. – Моррис уже был мертв. К тому же вертолет не разбился.

Мы все посмотрели на Шермана. Конечно, он был прав. Но его рациональность напрягала. Она была совсем не к месту.