Бедный Павел. Часть 2

— Так, я… — Глинков звучно прокашлялся и уже значительно увереннее продолжил, — Вот уже пять лет почти как послал модель своей махины в Вольное экономическое общество, приезжал оттуда господин Христиан Лашенколь. И всё…

— Тут такое дело, Ваше Высочество. Отчёт и чертежи были переданы для изучения Михаилу Васильевичу, наравне с прочими. И оставлены им без движения. — вмешался Кулибин.

— Ничего не понял, потрудитесь объяснить мне ещё раз, что за махина, почему ею не стал заниматься Ломоносов?

— Так! — снова заговорил Глинков, — Придумал я махину для чесания льна и ещё одну — для прядения нитей!

— А Михаил Васильевич не обратил внимания на этот прожект среди прочих, что ему присылали. У него таких чертежей было несколько сотен, и он их даже не смотрел! Его архив передали сначала Эйлеру-старшему, он им толком и не занимался — тоже недосуг было. Он пару дел продолжил, а остальное… Потом архив передали в наше отделение, а Иван Леонтьевич начал его потихоньку разбирать. И вот я нашёл…

— Там много ещё дел в архиве осталось? — мне было горько. Вот что я за человек? Обещал работы Ломоносова довести до результата, а всё отдал сведущим людям и забыл. Смотрел только на то, что нужно мне сейчас.

— Ваше Высочество! — всё верно понял Кулибин, — Там ещё их много, но вот людей в отделении недостаточно. Механики нужны, химики, а их и нет толком. Одни канцеляристы… Нет, они люди хорошие, стараются, но понять, что за махина или чертёж… Иван Леонтьевич ищет, но пока мы с ним вдвоём. Однако люди скоро начнут прибывать с учения за границей — проще станет. Я вот разбирал архивы и вот — махину Родионову случайно нашёл, а она мне в голову запала.

— И на что она Вам сдалась?

— Ваше Высочество, я изучал в Англии механику. Видел там Прялку-Дженни[99] и хотел повторить её. Нам нужна ткань и для обоев тоже! — поспешил он объяснить свой интерес.

— Не волнуйтесь, Иван Петрович. Потребность в махинах для производства ткани мне вполне понятна, но Вы же вроде бы хотели заниматься бумагой?

— У меня не было идей, и я решил, что производство бумаги сродни ткацкому делу. И увлёкся слегка… — смутился механик.

— Ладно, к бумажным делам вернёмся позже, а сейчас уж покажите, что там у вас получается. Не зазря же я к вам приехал!

Вот здесь была феерия. Как эти два молодца умудрились всего за полгода создать производство, пусть и опытовое, было удивительно. Оба извинялись, что всё сделано на скорую руку, а главное — используется водяное колесо, а надо бы паровые машины, ибо сезон слишком короткий получается. А зимой вот воды мало, колесо замерзает…