Добрыня Никитич и Алеша Попович

Твою ли молоду жену Солнышко Владимир князь Обневолил идти замуж за Олёшу Поповича. Сегодня у их рукобитьицо, 95 Завтра будет у них свадебка. — Ай же родитель мой дядюшка! Пособи-тко убить мне бога́тыря, Богатыря убить мне Ягу́ бабу. Возговорит дядюшка: 100 — Не честь-то хвала молодецкая Двум бога́тырям биться с Яго́й бабой. Бей бабу по титкам, пинай под гузно. Бил он бабу по титкам, пинал под гузно, Тут-то ей да скора смерть пришла. 105 Рассек он бабу на мелки́ куски, Росшибал он бабу по чисту́ полю, Сорокам воронам на пожра́ниё. Сам поехал путём-дорогой широкою. Стретил калику прохожую. 110 — Здравствуй, калика прохожая! Скинавай-ко платье калическо, Надевай-ка платье цветное, Платьё цветно богатырскоё. Надел калика платье богатырскоё, 115 Надел Добрыня платье калическо, Пришел-то Добрыня ко матушке. — Здравствуй, Добрынина матушка! — Здравствуй, калика перехожая! Несет она блюда злата-серебра, 120 Другое несёт скатня жемчугу, Третьё несет меди жаровической. — Поминай Добрыню Микитича. Примае блюдо злата-серебра, Другое примае скатня жемчугу, 125 Третье примае меди жаровической, Поминае Добрыню Микитича. — А й же Добрынина матушка! Како у Добрыни было знамечко? — Знамечко было на головушке, 130 Кружок-от был да с копеечку. — Погляди-ко у мня на головушке. Поглядела у калики на головушке, Кружок-от был да с копеечку. Говорила она таково слово: 135 — Роспекло-то севодни красно солнышко, Осветит-то севодни млад светёл месяц. Возговорит Добрыня таково слово: — А й же родитель моя матушка! Принеси мне шалыгу подорожную, 140 Принеси мне гусёлка муравчаты, Пойду я к Олёше на свадебку. Принесла она шалыгу подорожную, Принесла ему гусёлка муравчаты. Пошел-то Добрыня на свадебку. 145 Приходит Добрыня на свадебку, Игрище игра́л от Царяграда, Другое играл от Еросо́лима, Третье играл от града от Киева, От того ли от солнца Владимира, 150 Похожденья выигрывал Добрынины Которы на пиру́ сдогодалися, Те заранья с пиру убиралися. Которы на пиру́ не догадалися, То на пиру́ оставалися: 155 Оставались воры-разбойники, Оставались голи кабацкие. Розгорелось у Добрыни ретиво сердце, Хватил он шалыгу подорожную, Начал шалыгой помахивать, 160 Начал шалыгой поворачивать. Куда махнё — туда улица, Куда отмахнё — переулочёк. Он силы прибил и сметы нет, Говорит он Алеше Поповичу: 165 — А й же Алеша Попович млад! Прикажи-ка своей молодой жене Налить-то чару зелена вина, Подать-то калики прохожия. Приказал Алёша молодой жене 170 Налить-то чару зелена вина, Подать-то калики прохожия. Примае калика прохожая, Полагае перстень со правой руки В чару зелена вина, 175 Подавае Алёшиной молодой жене: — А й же Алёшина молода жена! Пей чару до дна, дак увидишь добра. Не выпьешь до дна, не видать добра. Она пила до дна, увидала добра, 180 Увидела злачён перстень Мла́дого Добрыни Микитича, Говорила таково слово: — Не тот мой муж, кой подле́ стоит, Тот мой муж, кой супротив стоит. 185 Хватил Добрыня Алёшу за желты́ кудри, Ударил Алёшу о сыру́ землю: — Кабы был, Алёша, не кресто́вой брат, Придал бы тебе скору смёртоньку. Столько Алёша и женат бывал. 190 Всякой у нас, братцы, женится, Не всякому женитьба издавается.