Вологодские заговорщики
- Автор: Трускиновская Далия Мейеровна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8025-6
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Вологодские заговорщики». Краткое содержание книги:
— Человек-то он, Глебушка, добрый, — вступился за Ивашку Митька, — и за алтын Настасьюшку не выдаст…
— А за три алтына — может, — завершил мысль Глеб. — Я так понимаю, ее по всей Вологде искать станут. И где же ее спрятать?
Перебрали все возможности, от Дюдиковой пустыни до Новинок. Сошлись на том, что нанятые Анисимовым люди знают вологодские окрестности куда лучше, чем Глеб и Митька. И если они сообразят, что Настасьины дочки остались в Успенской обители, то могут там устроить засаду.
— А я вот что придумал, — вдруг сказал Митька. — У батюшка здешнего, отца Филиппа, попадья такая, что ее когда-нибудь живьем на небо возьмут. Постница и молитвенница. Никому в доме от нее житья нет.
— Ну и что? — сердито спросил Глеб.
— А то — взмолиться, чтобы Настасьюшку Христа ради спрятала. Придумать причину…
— И думать незачем. Сбежала с анисимовского двора, потому что купец ко греху склонял. И он для того ее ищет по всей Вологде, чтобы за косы в свою опочивальню приволочь! — сразу догадалась Ульянушка.
Глеб покосился на жену — и ловка же врать…
Митька же глядел на Настасью.
Сейчас, когда косы высохли и были убраны под волосник, а поверх накинут плат, она была не столь соблазнительна, как на речном берегу, когда волосы были видны, а одежда облепила тело.
По правилам девка и замужняя должны носить одежду просторную, чтобы скрыть все волнующие изгибы стана. Подпоясывать можно только нижнюю рубаху, и то — не ради соблазна, а потому, что поясок служит оберегом. Иная дородная купчиха, выходя в топорщащемся сарафане или распашнице, поверх которых еще душегрея, сильно смахивала на копну сена и тем гордилась. А уж в шубе, да еще богатой шубе, она была поперек себя шире.
Именно такими привык Митька видеть женщин — одно лицо и руки можно разглядеть, да и лицо размалевано. Сейчас же Настасья была перед ним с чистым лицом, в холщовом сарафане с Ульянина плеча, который был ей не то что узковат, а недостаточно широк. Словом, она выглядела, как жена в супружеской опочивальне, и это его малость беспокоило.
Настасья же была благодарна Митьке за спасение из ледяной воды — и не более того. А даже ежели бы захотела показать ему, что он ей приятен, — так не знала способов, не изучила науки быстрых и смелых взглядов, полуулыбок, заманчивых движение плечиками, словно бы в пляске.
— А ты знаешь, как к той попадье подойти? — спросил Глеб.
— Я учу попа в шахматы играть…
— Попа — в шахматы?!
— А что тут такого? Он же не сущеглупый какой-нибудь, ходы понял, уже наловчился фигуры на линии выводить…
Глеб только головой покачал — никогда не знаешь, чего от этого Митьки ждать…
— Стало быть, сговорись с попом. А до того где Настасьюшке быть? — спросила Ульянушка. — Здесь нельзя, здесь твой Ивашка.
— С попом я сегодня же потолкую. Может, и попадью в храме увижу, хотя… — Митька замялся. Попадья Матрена смирилась с тем, что муж увлекся умственной игрой, но Митьку невзлюбила, а лишь терпела, и он это понимал.
Глеб и Ульянушка переглянулись — они все поняли.
— А что, жена? Может, ты справишься? — спросил Глеб.
— С Божьей помощью попытаюсь.
Близилось время вечерней службы. Настасью оставили в Ивашкиной избенке, наказав сидеть тихо, и пошли втроем в Покровский храм. Митька затащил на службу и Ивашку, посулив ему за это целую деньгу. Нельзя было допустить, чтобы нищий увидел в своем жилище Настасью.
После службы Митька подвел Ульянушку к отцу Филиппу. Она подошла под благословение и очень толково рассказала про комнатную женщину, которую богатый и лишенный совести купец пытался склонить к блуду.
— А сказывали, матушка Матрена — богобоязненная, молитвенница, блудных дел на дух не переносит. Коли бы она взяла к себе ту Настасью, пока за ней родня не приедет, так ведь ни за какие деньги бы не выдала? — осторожно спросила Ульянушка.
— Что ж вы ту бабу в Успенскую обитель не отвели?
— Спряталась она там! Так нехристь Анисимов туда за ней подручных прислал, еле ноги унесла.
— Ишь ты…
— Беда, батюшка. Ей бы продержаться, пока родня к себе не заберет. Сам знаешь, теперь не то что бабе в одиночку, а дюжине оружных мужиков странствовать опасно.
— Да уж ведаю…
Митька во время этого разговора стоял рядом и кивал.
Отец Филипп повздыхал, да и согласился просить о помощи свою супругу.
— Переночевать-то пустим, в подклете лавка есть, — сказал он. — А далее — как Бог даст.
— Митенька, беги за Настасьей! — приказала Ульянушка.