Ребус [litres]

Он вышел из палаты и пошел по коридору, где были врачи и пациенты. Последние в большинстве своем выглядели вполне сносно, но хмуро. «Всемирная безысходность – самая распространенная душевная болезнь», – вспомнил он слова из медицинской статистики в одной из газет. Люди были хорошо одеты, ведь душевный приют был платным. Впереди что-то зашевелилось, и Дитр увидел, что медперсонал и пациенты расступаются перед чем-то, глядя на пол. По гладкому паркету шустро двигалась змея с папиросой в пасти.

– Добрый день, шеф, – сказал змее один из фельдшеров, и рептилия приветственно стрекотнула хвостом.

– Это человек? – выдохнул Дитр, который все еще думал, что его сложно удивить.

– Ну а где вы еще видели змею с таким количеством вредных привычек? – ухмыльнулся фельдшер. – Это наш шеф-душевник. Он просто временно обесчеловечился.

Одна из дверей распахнулась, и навстречу змее шагнула Равила Лорца. Подхватив змею на руки, она перекинула чешуйчатое тело через плечо и зажала меж пальцев папиросу. Выгнув шею, змея прикладывалась к папиросе, пока Равила что-то выговаривала обесчеловеченному.

– Приведи себя в порядок, к тебе сегодня сестра приедет, – донеслось до Дитра. – Прими противоядие, проблюйся и стань наконец-то человеком!

Змея в знак несогласия хлопнула ее хвостом по смуглой щеке.

– Ну что с тобой делать, – вздохнула она и ушла обратно в свой кабинет, унося шеф-врача на своей шее.

Дитр нашел себе компанию в лице отставного механика, который полагал, что его преследуют агенты Доминиона, чтобы он работал на их армию. Оценив рост и ширину плеч шеф-следователя, Кнер Вонцес пришел к заключению, что Дитр не является агентом Доминиона, и поэтому с ним можно сыграть в лепестки-и-бокалы. Дитр каждый раз морщился, когда его исколотые пальцы касались фигур. Игра была сложной, и чтобы в нее выиграть, требовался либо холодный расчет комбинаций, либо всемирное везение. Ни того, ни другого у Дитра не было, и механик постоянно его обыгрывал – он очень хорошо знал законы цифр.

Кнер Вонцес запатентовал много чего хорошего, и оно до сих пор приносило ему прибыль. Но семья, очевидно, снюхавшись с Доминионом, отправила его в душевный застенок на растерзание Лорце и ее шайке-лейке. Лорца – ирмитка, а ирмитам доверять нельзя. Они темный народ, но никто, кроме проклятого Доминиона, этого не понимает. Они лишились земли, но сохранили свою идентичность. Вполне вероятно, что у них свои всемирные способы связи, говорил Вонцес. Вероятно, имеет место заговор.