Золотые ворота. Черное солнце
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #1
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Золотые ворота. Черное солнце». Краткое содержание книги:
Только на рассвете утихла на Батыевой горе стрельба. Как воин после тяжелого похода, изнеможенно опустилась на землю тишина, сообщая живым, что кровопролитный бой наконец закончился.
От звенящей тишины пришел в себя и Андрей. Ощупал одеревеневшими руками голову, грудь — жив! И вдруг почувствовал, как переполняет сердце неудержимая, трепетная радость: задание выполнено, фашист уничтожен!
«А где Анатолий? — вдруг спохватывается он. — Что с Анатолием?» Стал припоминать, как они рядом взбирались по склону, как залегли под огнем… Дальше ничего не помнил, дальше все словно кануло в пропасть. «Боже мой, неужели Толи нет?.. — у Андрея даже сердце остановилось. — Он ведь и адреса матери намеренно не оставлял. Он должен выжить!»
Чем дольше Андрей плутал по полю боя, тем чернее становилось у него на душе. Дорого, очень дорого заплатил батальон за свою победу! Попробуй взобраться на гору, когда тебе в лицо смотрит добрый десяток пулеметов! Но иного выхода не было. И если бы не изобретательность комиссара Остапчука, кто знает, на чьей стороне был бы успех. Это он еще с вечера послал на территорию бывшего автопарка нескольких ополченцев с заданием отвлечь внимание немцев, создать у них впечатление, что внизу спешно возводят укрепления. Комиссар надеялся, что на Батыевой горе воспримут это как намерение советских войск перейти к обороне. И не просчитался!
Все до единого места наиболее ожесточенных боев обошел Андрей. И все тщетно. Спрашивал встречных комбатовцев о Мурзацком, но никто не мог сказать ничего определенного. Оставалась одна надежда — санитарный пункт. Направился к двухэтажному кирпичному зданию бывшей школы, во двор которой сносили раненых. Всматривался в искаженные болью лица бойцов, но Анатолия не было и среди них. И вдруг Андрея охватила такая усталость, что он прислонился к забору, смежил веки.
— Андрей! — внезапно раздался знакомый голос.
Оглянулся — к нему приближался Мурзацкий. В изорванной грязной гимнастерке, без пилотки, с залитым кровью лицом.
— Что с тобой?
— Пустяки. Фриц по черепу ножом полоснул, — и Анатолий скупо рассказал, как он заметил немецкого офицера, отползающего бурьянами к обрыву, как бросился за ним и сцепился в рукопашной. — Веришь, еле-еле справился. Здоровенный, черт, откормленный, натренированный. А это — мои трофеи. Возьми, глянь, что там.
Только теперь Андрей заметил в руке товарища лоснящуюся кожаную сумку-планшетку и офицерские погоны. Пока санитары бинтовали Анатолию голову, Андрей ознакомился с содержанием сумки. Топографическая карта, пластмассовая линейка с круглыми, квадратными, треугольными прорезями, несколько порнографических открыток, карандаши… Но внимание Андрея почему-то привлек конверт без единого штемпеля, на котором четкими латинскими буквами было выведено: «Бавария, Форстен-фельбрус, фрау Оберурзель Г.».
— Неотправленное письмо! Любопытно, что же пишет этот бандит своей фрау…
Разорвал конверт и стал читать:
«Дорогая Гертруда!
Прости, моя кошечка, что твой Вилли снова запаздывает с ответом. Поверь: было не до писем. Когда вспоминаю минувшие дни, волосы на голове шевелятся и встают дыбом.
Как и прежде, стоим под распроклятым Киевом. Вернее, уже над Киевом! Вчера моим храбрым солдатам удалось проскользнуть между укреплениями, которые большевики возводили вокруг города, наверное, на протяжении десятков лет. Мое подразделение ворвалось на Батыеву гору, господствующую над всей окружающей местностью. Теперь мы без бинокля созерцаем город. Я видел немало больших и малых городов в Европе, но подобного Киеву, поверь, не встречал. Это — солнечный, цветущий, самим богом созданный оазис, но… Три раза уже фюрер назначал сроки парада победителей наших полков на центральной площади Киева, а волю его мы пока не смогли выполнить. Большевистские фанатики оказывают упорное сопротивление. Но когда ты получишь это письмо, я буду шагать по главной улице Киева — Крещатику. Это будет наша самая громкая победа за полтора месяца такой тяжелой войны!
Только тот, кто увидит этот златоглавый город собственным я глазами, может понять, что значит он для Германии. Недаром же древние руссы назвали его Золотыми воротами своей земля. И вот в эти ворота, моя куколка, первым войдет твой Вилли. И фюрер наградит его рыцарским крестом. И отпустит к тебе на целых две недели. Здорово?
Ты спрашиваешь, чем богата Украина. Тут есть все, что господь подарил людям. И это «все» скоро будет нашим. Из Парижа я привез тебе шелковое белье и чудесное вино, из Греции — вкусные орехи и золотой сервиз какого-то античного олимпийца, а из Киева привезу вышитую блузку и украинское сало со шкуркой (если, конечно, не лишусь своей!). А что бы ты хотела еще?..