Древнерусское предхристианство [litres]

Праздник свечи – предчувствие весны

«На Сретенье зима с летом встретилась». Эту старинную поговорку сопровождали многочисленные народные приметы о приближении весны. На день православного Сретения (2 февраля), сороковой после зимнего солнцестояния, приходился праздник, название которого с достоверностью восстанавливается как Свечи. Его смысл отчасти проясняют древнерусские наименования первых двух месяцев года, передающие образы «мирового рассвета» и набирающего силу небесного свечения: просинец и свечень. В Средние века крестьяне часто именовали второй месяц сечень, относили к февралю и производили от обычая «сечь сучья» в лесу, однако сходные с древнерусским названия февраля сохранились у балканских славян: свечник, свечен, свичан, свечковний. Возможно, его исконным названием являлось светень — от корневого слова свет, а не от производного свечение.

Память о первоначальной обрядности Свечей стёрлась в Средневековой Руси, но сохранилась в католическом празднике «очищения Девы Марии». Он также отмечался 2 февраля по григорианскому календарю, на сороковой день после Рождества, и назывался Сandelae, что в переводе с латинского значит «Свечи». В Италии La Candelora первых веков христианства представляла собой торжественное шествие духовенства и верующих на вершину холма в храм, перед входом в который верующие умывались росой. Во время богослужения все совершали круговое шествие вокруг церкви с зажжёнными свечами. Набожные католики хранили их дома до Пасхи в качестве оберегов. В Англии это празднество превращалось в шествие со свечами через весь город. Во Франции сохранился обычай в день Свечей выпекать блины – les crêpes de la Chandeleur.

Солнечно-огненная символика древнеевропейской обрядности очевидна, и потому суть прарусского празднества Свечи можно, пусть лишь предположительно, восстановить. На восходе солнца община собиралась в родовом святилище. Все становились в круг у костра и начинали призывать Сварога. Жрецы следили, чтобы пламя постепенно разгоралось, а молитвы усиливались. Когда первые утренние лучи освещали собравшихся, они зажигали свечи – сучья, пропитанные берёзовым дёгтем или покрытые смолой, поднимали навстречу солнцу и начинали движение с ними вокруг костра посолонь, будто разжигая солнце и ускоряя его движение к весне. После этого мужчины, повернувшись спиной к костру и выставив вперёд пылающие свечи, «окликали» души предков на погосте вокруг святилища и возглашали заклятия от злых сил, защищая весь род живых и мёртвых.