Бывшие в падении
- Автор: Гейл Александра
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Бывшие в падении». Краткое содержание книги:
Спустя еще несколько месяцев Мари Кифер приняла ислам и вышла замуж за своего араба, которому, как оказалось, было всего девятнадцать. И окончательно погрузилась в свою новую жизнь и любовь. Поль же, и раньше не балованный материнским вниманием, оказался позабыт. Его по-прежнему ласково трепали по голове, рассказывали наполовину детские истории, но с ним более не считались. В доме поселился мужчина, и правила стал устанавливать он.
Отчим сразу понял, что мальчишка его ненавидит, и решил ответить взаимностью. Однажды ночью Поль услышал шорох в своей комнате, проснулся, вскочил на кровати. Перед ним стоял отчим в одном только халате. После секса с матерью Поля тот всегда ходил по квартирке в таком виде, и от этого Кифера мутило особенно сильно. Таким образом отчим показывал, кто главный и каким образом это главенство установил.
На этот раз он зашел дальше. Полы халата раскрылись, обнажая… Поль застыл с открытым ртом, забыв о своем нежелании показывать отчиму хоть какие-то эмоции. Краска бросилась к его лицу, обжигая новым витком ненависти. Затапливая с ног до головы.
– В этом все дело, да, вы же в балете все гомосексуалисты? Этого ты хочешь? Я видел, как ты подсматриваешь.
Девятилетний Поль понятия не имел, что там случится с его ориентацией через несколько лет, но дал себе слово, что если вдруг, то он лучше перережет себе горло. Потому что хотеть такое отродье, каким был его отчим, просто невозможно.
Но да, он подсматривал. Подсматривал, потому что дверь не раз и не два оказывалась приоткрыта. Подсматривал, потому что гнало детское любопытство, которое заставило бы смотреть любого ребенка. Подсматривал, потому что не верил, что этот выродок ничего не сделает его матери. Подсматривал, потому что эти сцены затрагивали в его душе что-то странное, темное и щемящее. Формируя что-то новое.
Он бодро вскочил со своей кровати и схватил со стола канцелярский нож.
– Еще раз войдешь в мою комнату, и я отрежу то, чем ты тут осмелился трясти, – прошипел он.
И понял, что ему нужно срочно уезжать из дома, пока отчим ничего ему не сделал.
У выродка было очень много друзей, которые точно так же ненавидели французов, как и те – их. Уважения они не испытывали и к матери Кифера. Разве нормальная француженка отдалась бы кому-то из них, да еще сменила веру? Нет, только падшая. И в глубине души Поль был согласен с ними. Не потому, что она связалась с арабом, – потому, что она отдалась людям, которые убили ее первого мужа. Неважно, что это не могли быть те же самые арабы. Для Кифера они все были на одно лицо и обладали одинаковыми недостатками.
После произошедшего ночью у Поля не было выбора, кроме как стать достаточно хорошим танцовщиком, чтобы поступить в балетную школу-интернат. И лучше бы подальше, в Париже. Это он сделал своей целью, к этому он шел. И уж чего-чего, а упорства мальчишке было не занимать.
Переговорив с матерью, он упросил ее подать документы на стипендию и начал работать в зале. Он работал, и работал, и работал, пока не стал лучшим и не получил приглашение в Париж. И все это время он терпел полные ненависти взгляды отчима и смешки его вечно ошивающихся в квартире друзей. Намеки на нетрадиционную ориентацию.
В Париже он лишился девственности одним из первых, и ему было плевать с кем. Он не такой, каким считал его отчим. Девочки, обращавшие на него внимание, были старше, но предпочитали об этом не думать, потому что Кифер с самого детства внешне выделялся на фоне сверстников. А тем более он выделялся в танце. Мощью, страстью. Это манило девочек, как бабочек.
Жизнь в Париже была всем неплоха, кроме того, что требовалось уезжать на летние каникулы и встречаться с отчимом. И снова все по кругу: смешки, намеки, угрозы, демонстративное обладание Мари… Когда Киферу исполнилось четырнадцать, он узнал, что выродок заразил мать чем-то венерическим. Сорвался. Отчиму нечего было противопоставить молодому, жилистому танцовщику. Кифер живого места на нем не оставил. Нет, он, конечно, догадывался, что выродок матери изменял, – уж больно много было в его речах неуважения к Мари, – но одно дело догадываться ему, и совсем другое – узнать наверняка его матери.
– Ты поедешь со мной в Париж, и мы что-нибудь придумаем, – сказал ей Поль, превратив выродка в окровавленную лепешку. Ему не было жаль. Он вообще не воспринимал этого урода как человека.
– Я никуда не поеду. Я люблю его, – рыдая, сообщила мать.
Это было страшно, дико, непонятно. А еще жалко. И тогда Поль понял, что уедет сам. Плевать куда. Он обнял ее в последний раз и… вычеркнул из своей жизни как пропащую. Поклялся, что никогда не будет ни жалким, ни бедным. И конечно же, не впадет в зависимость от другого человека.